Созданы друг для друга

– Это как это? – офигела Дина и быстренько спросила, вспомнив все, что успела освоить в универе: – А какая арендная плата?

Арендная плата была, и ей ее обозначили – сто рублей в месяц.

Вот так до сих пор и платит сто рублей в месяц, по сей день.

А тогда. Тогда она расплакалась, и мужики ее долго утешали, уверяя, что все это на самом деле, а никакой не розыгрыш, и угощали чаем с сушками, посыпанными маком, и конфетами ассорти, проводив в свой офис для составления договора аренды.

Но оказалось, что чудеса на этом не кончились.

Ринков с Кнуровым стали одними из главных помощников и благотворителей «Убежища» Дины, как она просто, незатейливо и без выкрутасов назвала-таки свой «Кризисный центр помощи жертвам насилия», прописанный и закрепленный в официальных документах. Мало того, эти удивительные мужчины привлекли к благотворительности в адрес ее Центра еще и каких-то там своих партнеров.

А через день после того, как Динка с помощниками наполнила помещения всем необходимым, подготовив к приему первых жильцов, к ней пришла сотрудница Ринкова – такая боевая и загадочная девушка Ольга, взяла эдак нежненько за ручку и повела, повела за собой… в спортзал, где и объявила со всей серьезностью:

– Буду тебя тренировать и учить приемам самообороны.

 – И постращала: – Долго учить. До того, как выработается рефлекс и все приемы закрепятся на подкорке на всю жизнь, до перестройки мозгов, тела, организма, реакций и даже мыслей. Поняла?

Дина наивно уверила, что, мол, да, поняла. Что тут непонятного-то?

Ага! Тот случай!

Поняла она, куда вляпалась по полной программе, только через неделю, когда даже сидеть уже не могла на лекциях от боли во всем теле, в каждой даже самой малюсенькой и незатейливой мышце.

Месяц ходила, как стеклянная: руки-ноги после того, как гоняла ее Ольга, не сгибались напрочь, и лучше ими было не шевелить вовсе, а спать стоя.

А еще ее «крестничек», зараза такая, нарисовался – Игорек Веснин, он же Кнут, он же изверг-изувер, занудный до незнамо чего. И ну ее гонять-учить особой внутренней концентрации, умению отмечать-замечать и анализировать всякую мелочь, постоянно находиться в режиме собранности и быть готовой к нападению, а также специальным упражнениям на развитие интуиции.

Гонял как сидорову козу, так, что Динка взвывала той самой козой замученной:

– Вот на хрена я тебя спасала, а? Знала бы, что ты надо мной так изгаляться будешь, не стала бы заморачиваться.

– Терпи, сестра, – похохатывал он над ее мучениями.