Старшая жена. Любовь после измены (СИ)

- Ну привет! – говорит она, улыбаясь, а мне хочется запустить ей в лоб кружку с недопитым чаем.

Токалка подходит ко мне, улыбается, всем своим видом показывая, что вот сейчас, в данную минуту она хозяйка жизни, она на коне. Ну-ну, знаем мы, что она умело седлает на этой старой кляче.

- Зачем пришла? – равнодушно спрашиваю я.

- На тебя посмотреть. Ты же мне тогда сказала, что без дорогой одежды я – никто. Так и внучка министра, похоже, просто бесцветная моль, - улыбается во весь рот она.

- Пусть так, - ехидно смеюсь.

Томирис блеснула взглядом, полным ненависти и презрения. Она подошла ко мне совсем близко и процедила сквозь зубы:

- И почему ты не сдохла от перитонита, или что у тебя там? Нам было бы проще похоронить тебя и спокойно жить дальше.

- Даже если я умру, - чеканю слова, глядя ей прямо в глаза, - я тебя с того света достану, девочка. Пожалеешь, что родилась.

По ней было видно, что она была не готова к отпору, но эти эмоции она быстро прячет и улыбается:

- Ты просто злишься, что проиграла, что Рустам останется со мной и Тамерланом – с сыном, которого я родила, а ты даже выносить не смогла.

Она ударила меня по больному, но я лишь шумно вздыхаю, стараясь не показывать, как мне горько и обидно в данный момент. Не могу поверить, что мой муж обсуждал с любовницей мой выкидыш и его последствия. Если это так, то со дна постучали.

- Мне тебе похлопать, что ты родила? - ухмылка играет на моем лице, - Так я тоже.

- А знаешь, да, - она изящно откидывает длинные волосы за спину. – Хорошо.

Затем Томирис наклоняется ко мне и говорит, смакуя каждое слово:

- Знаешь, какой Рустам голодный любовник? Будто его совсем не кормили и не давали. Он трахал, меня как зверь: жадно, страстно, жестко. А я да, давала ему все, что он хочет. Со мной он познал, что значит настоящий секс между мужчиной и женщиной, а не это ваша миссионерская поза, - говорит она, а стыдно мне.