Старшая жена. Любовь после измены (СИ)

То есть, она знала, что я у детей, но…- видно, что он в недоумении.

- О! Поздравляю! У нее от тебя появились секретики. Ты смотри, как бы она чего похуже от тебя не скрыла.

Пока он переваривает сказанное, высвобождаюсь из его цепких лап, и иду в комнату. Но не тут-то было. Он снова настигает меня и на этот раз хватает за предплечья.

- Да что ты будешь делать! Мустафин, давай ты лучше уйдешь от греха подальше?

- Айлин, у тебя же несерьезно с этим доктором? Это чтоб меня позлить, да?"

"Теперь моя очередь недоуменно моргать.

- Тебя позлить? Больно надо! Мы теперь чужие люди.

- Не может быть! - кривит рот. – 17 лет меня любила, а теперь…

- Вот именно, что любила 17 лет, - перебиваю его. – В прошедшем времени. А ты у нас три года жил с токалкой, заделал ей ребенка и мне предлагал шведскую семью. И ты давно определился, кто у тебя любимая женщина. И это не я. Я у тебя кто? Соратница? Надежда Крупская, мать твою. Так что давай, Владимир Ильич, разворачивайся и иди! Строй светлое будущее со своей шалавой! У тебя больше нет никакого права приходить и спрашивать, что у меня с моим доктором.

- Что значит с «моим»? С каких пор он твой?

- С таких.

Рустам страшно взбешен, его глаза наливаются кровью, а пальцы еще сильнее сжимают мои руки.

- Мне больно, отпусти.

- Нет.

- В смысле «нет»? – пытаюсь вырваться, но он не дает, а в следующую секунду припечатывает меня к стене в гостиной. Он как торнадо, которое подминает все на своем пути.

- Я же вижу, что ты все еще любишь. Ты все еще дрожишь, когда я к тебе прикасаюсь, - шепчет он на ухо.

- А ты, - расслабляюсь, шепчу нежно и томно, пальцами сжимая его рубашку. Внезапно понимаю, что такой раскрепощенной я никогда не была. – Ты меня любишь? Скажи честно. Любишь меня?

- Люблю. Люблю тебя, моя девочка, - он покрывает поцелуями мою шею, а я дышу чаще, словно задыхаясь от желания.

- Хочешь меня? Ммм? – пробегаюсь пальчками по груди и цепляюсь за пряжку ремня.