Смертельный рейс

"

"– Так быстро? – Виктор с сомнением покачал головой. – Сутки, а то и двое они будут взвешивать и принимать решение. Шутка ли, устроить взрыв в Москве и чтобы все приняли это за чистую монету? А здесь остается Федор Силантьевич.

Молодой лейтенант со шрамом во всю щеку и без двух пальцев на левой руке имел среди солдат прозвище Пират. Но сходство было чисто внешнее. Лейтенант Архипов воевал с июня 1941 года. Имел несколько ранений и чуть не был комиссован. Но добился своего, остался в армии, хотя и пришлось согласиться на перевод с передовой в Якутию.

– Что скажешь? – поворачиваясь спиной к пронизывающему холодному ветру, спросил Шелестов.

– Килограмма два взрывчатки. На лошадях были. Пришли, заминировали и ушли.

Максим с сожалением смотрел на развалины небольшого деревянного сруба, который поставили здесь для передающей радиостанции и энергоснабжающего генератора. Огня уже не было, но гарью несло сильно. Дизельное топливо, запас которого позволял генератору работать пару недель, выгорело полностью.

– Почему ты решил, что пришли, взорвали и ушли? – поинтересовался Шелестов, разглядывая следы подков, которые местами были видны на рыхлой земле. – Думаешь, хорошо знали, куда закладывать взрывчатку, заранее ознакомились с объектом?

– Так точно, – кивнул лейтенант. Он повернулся к своим бойцам и окликнул одного из них: – Охлупкин, осмотри по периметру. Может, найдешь что важное.

Сержант Охлупкин был типичным сибиряком.

– Ты где воевал, лейтенант? – спросил Буторин. – В разведке?

– Нет, в пехоте.

– Для пехотного командира ты очень хорошо разбираешься в диверсионных делах, – усмехнулся Виктор.

– Пехота, – с какой-то горькой усмешкой ответил Архипов. – Если бы вы только знали, сколько должен уметь и знать простой пехотный взводный. В разведке не служил, а вот по тылам дважды в рейды ходил. Приходилось и взрывать, и минировать. И у знающих людей сразу в бою многому учиться.