Смертельный рейс

Скажи, что произошло? Почему упал твой самолет?

– Я не знаю, товарищ следователь. – Лешка нервно облизнулся. – Я шел правым в крайнем звене. Погода стала портиться, видимость упала. Под крылом рельеф сложный, гористый. А облачность все ниже. Лидер передал: подняться до пяти тысяч. Я ручку на себя, оборотов добавляю и чувствую, что тяга двигателя падает. Своих уже не вижу, но, думаю, раз я крайний, то передо мной самолетов и не должно быть. Я прибавляю газу на прямой, чтобы потом на горке потянуть вверх. Тяну, тяну, вроде набирает высоту, а там все сплошь пелена.

"– Значит, вы считаете, что причина крушения – неисправность двигателя вашего самолета?

– Ну да, – согласился Пивоваров, глядя на следователя и стараясь понять, куда он клонит.

– А сейчас, когда все позади, когда вы можете объективно и без нервов оценивать ситуацию, вы все так же считаете? Или, может быть, какие-то иные факторы могли повлиять? Может, вы ошиблись в чем-то, может, механики залили вам плохое топливо, может, температура упала или под вами был пожар, а не облачность?

– Нет, причина была в двигателе, – уверенно заявил летчик.

– А у кого еще? – торопливо спросил Коган, делая пометки в блокноте.

Эти пометки очень беспокоили Алексея. Ему не хотелось, чтобы пострадали механики с их аэродрома. Ведь на них могли свалить недобросовестную подготовку к вылету. Но тут он вспомнил могилу Сашки, которую разрывали медведи, и, стиснув зубы, процедил:

– Из нашей группы упал еще один самолет. Вы должны это знать.

– Да, не долетел до аэродрома и самолет старшего лейтенанта Боровикова.

– Известно. Я нашел его. Случайно нашел.

И Лешка подробно рассказал, как увидел самолет, как помог раненому летчику выбраться из кабины. И как Сашка рассказал ему, что двигатель вдруг перестал тянуть и он совершил вынужденную посадку в речном русле, но спасти машину не удалось. И как Пивоваров осмотрел двигатель «аэрокобры» Боровикова.