Собирай меня по осколкам

– Или РАНО какого-нибудь? Вот вы давно в конкурсах участвовали по проектам и диссерам?

- Каждый день участвую в конкурсах, с такими как вы общаюсь. Всего доброго!

Ответ меня, конечно, не устроил. И зубрешкой заниматься не хотелось. Может реально хакнуть его ящик в ЭСЗ (электронная система знаний). Они ж там хранят всякие тесты и прочую ерунду, которую нам выдают потом или заставлять в этой же системе проходить. Кстати, неплохая идея. Ну, кто гений? Я!

С приподнятым настроением помчался к Маше на факультет, выждал положенных полтора часа, потому что пары у нас не сходились.

Взял за руку, как подобает настоящему мужчине, и повел к своей машине. По пути заехали в Джелатерий, местный ресторанчик с мягкими диванчиками и вкусным крем-супом. Уварова отнекивалась сперва, мол домашки много, перед сессией проблемы не нужны. Но я все равно уломал. Что она готовить будет, лучше это время потратить на что-то более интересное. Например, на меня.

С едой закончили почти в шесть, слишком долго болтали. Обсудили и музыку, и фильмы, и города, где хотели бы побывать.

Не поговорили только о нас, о прошлом. Я как-то не мог начать, а она не поднимала тему. Ну ладно, не последний ведь разговор в жизни.

По домам расходиться не стали. Вернее, я заскочил к себе за ноутом и учебниками, а потом уже поднялся к ней. Мы сидели на кровати в разных углах, пытались заниматься делами, но слишком часто поглядывали друг на друга. Логичное дело, Маша интересней кодов и заумных предложений. На нее смотри не насмотрись.

Она еще надела длинную широкую худи, чуть ли не до колен, а худенькие ноги обтягивали домашние черные лосины. Волосы подвязала, вставила туда карандаш. Очень забавная короче.

- Тим, а ты в математике как? – Уварова подняла голову, переводя взгляд с тетрадки на меня. Я сидел в позе по-турецки, она тоже. Но ради такого дела, подлез поближе.

- Не понимаешь что-то?

- Вот тут, никак не могу понять, как правильно посчитать, - взял тетрадь, всматриваясь в цифры. Уселся рядом, касаясь своими коленками Машиных коленей.

Она смотрела на меня, хлопая пушистыми изогнутыми ресницами.

- Тут надо, - я осекся почему-то. В венах медленно начал разливаться огонь, и желание послать к черту эту математику."

"- Тимур, - прошептала Уварова, не сводя с меня притягательных глаз. Я отложил тетрадь, мысленно досчитал до трех, а потом потянул ладони к ее лицу, и сам наклонился следом. Думал, Маша оттолкнет, отвернется или заговорит, однако она молчала.