Следователь по особо важным делам

Может, я виноват. Обидел чем-то её. Не создал условии. Может, Иванов, Петров, Сидоров…

— Залесская обращалась к вам с какой-нибудь просьбой?

— С просьбой — нет. А когда её выбрали в группу народного контроля, пришла. Говорит, не справится, мол. Я ей говорю: справишься, актив поможет. А кто её знает, может, она кого обидела или её… Верно я говорю?

— Постойте, она раскрыла какое-нибудь крупное хищение или злоупотребление?

— Что значит крупное? За это тянут к вам. Так, мелкие недостатки.

— И все-таки подробнее, пожалуйста.

— Я уж и не припомню всего.

— Выходит, у неё были враги?

— Не знаю. В этом как раз и следует разобраться…

В дверях появился заспанный, растрёпанный человек.

— Звали, Емельян Захарыч?

— Звал, Еремеев, звал. — Мурзин поморщился. — Причесался бы для порядку. Стыдно…

— Ладно уж, мои вороные-пристяжные не обидются…

— Перед людьми стыдно. Вот что, если опять из Песковского пруда будешь воду возить, поставлю навоз чистить!

— Так эвон какого кругаля давать…

— Надо будет, так и за двадцать вёрст ездить будешь!

Это тебе не свиньи, а люди! Верно я говорю?

Мужчина провёл рукой по взлохмаченной голове и медленно вышел из кабинета.

— Вот так работаем, — покачал головой директор совхоза. — Пока сам носом не ткнёшь, не слушаются… Ну, какие ещё у вас вопросы? Давайте уж вс„ выяснять.

Я улыбнулся:

— Ну, сразу так, наверное, не получится.

— Ясное дело.

— Залесская упоминала в предсмертном письме о своей связи с кем-то. Может быть, это был кто-то из работников совхоза. У вас нет никаких предположений?

Мурзин посуровел:"

"— Хотел я и об этом.

Прокурору не писал. Не по назначению, если так можно выразиться. Но вам сказать считаю нужным… Не везёт нам с главными агрономами. Один не поладил с районным начальством. Уехал. Другой, Пащенко, покрутился немного, посчитал, условия для него не те. Перспективы, мол, нет. И был таков. О нем я не жалею, рад, что избавился. Ни богу свечка, ни черту кочерга. Наконец, приехал Ильин. Николай Гордеевич. Не жалуюсь, работник хороший. Боюсь, и его выживут. Плюнет на все, уедет, тогда что?

— Почему?

— Болтают, что Залесская имела в виду именно его.

— Предположим, вдруг действительно он?

Мурзин ответил резко и категорически:

— Не верю!

— Тогда что ему бояться?

— Сплетни могут кого угодно довести. Верно я говорю?

Зачем человеку ронять авторитет?

— Возможно. Я Ильина не знаю… А он давно у вас работает?

— Сейчас скажу. С марта. С ним посевную провели. Не знаю, что там другие, а я ему верю.