Скандальная связь

Разница лишь в том, что у меня только начало.

Выезжаю с парковки и включаю музыку. Дворники счищают влагу с лобового стекла. Мыслями я снова возвращаюсь к отцу. Так больно внутри. Невыносимо. И запал сопротивляться поубавился после того разговора. Чувство такое, будто меня растоптали. Во всей этой ситуации лишь один плюс – сорвалась помолвка с Ибрагимовым и я всё еще на свободе. Хочется верить, что и до свадьбы дело не дойдет.

Глушу двигатель на подземной парковке, но выходить не тороплюсь. Поворачиваю голову и смотрю на телефон, который лежит на сиденье.

В нём теперь стоит маячок. Чтобы папа и Петя могли меня отслеживать. Позавчера установили. Но я и не собираюсь сбегать. Да и куда мне податься? Как далеко и с какой скоростью я бы ни убегала – от себя не сбежать. Но, возможно, откровенный разговор с Иманом поможет решить проблему с навязанным браком. Папа просто не оставил мне другого выбора, кроме как покаяться жениху в совершенных грехах и рассказать о недавнем визите в клинику на Тверской. Уверена, Ибрагимов пересмотрит свое решение относительно нашего союза, потому что я в красках собираюсь рассказать о том, какой нехорошей девочкой была и как буду портить ему дальнейшую жизнь. Если он благоразумный человек, то отпустит меня.

Услышав стук в окно, поворачиваюсь, и сердце падает вниз. Передо мной стоит Багдасаров. Смотрит в упор, чуть прищурившись, примерно, как и отец в тот день, когда появился в моей комнате со стопкой газет и журналов с кричащими заголовками. Удерживать пристальный взгляд везунчика становится тяжело.

Я не могу полноценно дышать. Будто парализовало. Жадно втягиваю воздух, чтобы привести себя в чувство, но тщетно. Спазм в грудной клетке не проходит.

– Выходи, – произносит он одними губами и, вложив руки в карманы брюк, отходит от моей машины.

Сердце в груди стучит гулко и учащенно, голова начинает кружиться от недостатка кислорода. Я разглядываю Эрика с минуту, не зная, как поступить. На лице везунчика следов побоев нет. Коля и Игорёша били по другим местам? Ниже пояса? Желудок скручивает от волнения.

Слабо, но ощутимо. Подавляю желание завести двигатель и трусливо сбежать домой, но, вдохнув и выдохнув несколько раз, разблокирую замки и выхожу из машины.

Сжимаю пальцы в кулак, концентрируя смелость и уверенность. Приподнимаю подбородок и смотрю на Эрика. Везунчик не двигается, сканирует меня непроницаемым взглядом, отчего становится ещё больше не по себе. Затем он чуть подаётся вперёд и протягивает руку.