Сходняк

Что с ним делать?

Варяг на секунду задумался Нужен ему Тима или нет? Если Тима убил Михалыча — гад должен понести суровое наказание. Самое суровое.

— Вот что, Николай Валерьяныч. Когда его возьмут — пусть допросят с пристрастием. Если Тима признается, тогда пусть мочат!

— В сортире? — В трубке послышался короткий смешок.

— Это что значит? — не понял Варяг.

— Да это у нас теперь такая новая шутка. Политический фольклор.

— А, ну не знаю. Я же оторвался от российской действительности и в политический фольклор не врубаюсь.

— Сидит тихо. Жалоб нет.

— Держите его там крепче. Пусть, сволочь, посидит в подвале с мое, пока я не вернусь. А там посмотрим, что с ним делать…

Поговорив с Чижевским, Варяг наконец вспомнил о Билли Лайле, который все это время терпеливо сидел за своим столом с угодливым выражением лица.

— Вот что, Билли, — начал Варяг, сев на стул напротив исполнительного директора. — Я тебя сейчас удивлю, но ты не удивляйся.

Сколько за это можно получить? Миллионов пятнадцать можно?

— Как продать, Слава… У нас же потрясающий бизнес. У нас самый чистый отмывочный бизнес на всем Восточном побережье! — Билли Лайл был ошарашен столь неожиданным решением босса. — «Интеркоммодитис» — это же идеальная стиральная машина, которая отмывает и отбеливает любые грязные бабки и в любом количестве!

Да колумбийские наркобароны только мечтать могут о такой стиральной машине!

Но Варяг был непреклонен.

— Увы, Билли, так надо. Мне срочно нужны деньги. Срочно. У меня нет другого выхода. — Он не хотел посвящать глуповатого и болтливого Билли в свой план: ведь эти пятнадцать миллионов он рассчитывал потратить все до последнего цента, чтобы найти и вернуть пять миллиардов… А вот этого Билли как раз и не слеовало знать. Услышав от Чижевского малорадостную новость об исчезновении Николая Ивановича, Варяг понял, что Яютерялась единственная ниточка, которая могла бы привести его к деньгам общака.