Я - вор в законе

Фотографии были приклеены так крепко, что ничего другого не оставалось, как соскоблить их ножами. Кто же рискнул наклеить их в фойе? На это требовалось минут пятнадцать, однако никто не был замечен.

Предполагаемый спикер, как звезда порножурнала, предстал перед зрителями во множестве мыслимых и немыслимых поз, и всякий останавливающийся поглазеть отдавал должное творческой изобретательности политика. Уже с трудом верилось, что еще час назад каждый из парламентариев старался выразить ему свою признательность кивком или теплым пожатием руки.

Сейчас он прятался в одной из кабин туалета, понимая, что когда-нибудь ему придется прервать свое добровольное заточение и появиться перед всеми.

Так умирал еще один несостоявшийся лидер.

Два дня спустя место старого знакомого занял высокий брюнет с кротким взглядом. Варяг уже знал, что спецназовца не стало. Все, что с ним произошло, смахивало на обычный несчастный случай: отравление угарным газом в собственном гараже.

Президент привычно устроился на своем месте. Даже непосвященным было понятно, что лицо его несло печать заботы о судьбах миллионов россиян.

И совсем невозможно было поверить в то, что именно сейчас он думал о красивых ножках юной мисс, которую не далее как сегодня днем воочию лицезрел в Кремлевском дворце. Он думал о том, что в его время было очень мало стройных девиц, а если они и встречались, то под целомудренным платьем нельзя было рассмотреть не то что голые ляжки, не всегда возможно было увидеть коленки. Эх, если бы не президентский долг и не забота о соотечественниках, подмигнул бы крале да отвел бы в одну из пустующих комнат. "

"Сегодня утром президенту сообщили, что один из людей его охраны спьяну отравился угарным газом. Президент не чувствовал печали по усопшему, сам виноват! Это еще одно из напоминаний о том, что нужно пить в меру. Суть в хорошей закуске! Если выпил, тогда будь добр закуси, вот тогда и хмель не страшен.

Заседание началось с величественного взмаха президентской длани: в этом переполненном зале он был режиссер и художественный руководитель, однако он совсем не подозревал о том, что заседание шло уже по написанному сценарию.

А автор скромно сидел в пятнадцатом ряду и ничем не выделялся из множества парламентариев, которые были справа и слева от него.

Уже была провалена вторая кандидатура, и было заметно, что президент начинает волноваться, а его нервозность понемногу передавалась окружающим, которые терпеливо сносили замечания, мудро подмечая – лидер мучается с похмелья.