Шаг в палеолит

Я не стану тебе врать, но охотников на помощь я тогда действительно не послал, кстати, по совету Полоза. Хатак был опасен для меня. Он великий охотник, он был другом моего отца, он авторитет, он – легенда. А кто я? Мудрый Филин был великий вождь, но много ли он обращал внимания на меня, своего сына? А я хотел его внимания, его одобрения, чтобы однажды услышать, как он похвалит меня, скажет: «Ты молодец, сын».

Я слышал, в твоём племени есть закон, по которому каждый отец должен знать своих детей. Кому, как не мне, понять, насколько это важно.

Я усмехнулся про себя. Отказ от власти, дружок, во все времена – эпический подвиг, жаль только, что на это способны, как правило, высокоморальные люди. Всякая мразь с липкими руками и гулким эхом в душе никогда так не поступит.

"– Да, – продолжал парень, – я стал вождём. Хатак много спорил со мной, не соглашался. Он был неудобен. «Его надо убрать», – шипел мне в уши Пёстрый Полоз, и я соглашался с ним. И верил ему, что, как только не станет Хатака, я тут же стану Великим вождём, как мой отец. А может, даже лучше! И вот мы отправили Хатака с никчёмными охотниками за горьким камнем, шаман наслал на него Духа Зверя, и всё здорово… А он взял и вернулся! Да не один! Он пришёл с тобой, Пётр, с Великим шаманом.

– Я думаю, стало ещё хуже, – ухмыльнулся я.

Молодой вождь пристально посмотрел на меня. Напряжённое лицо, плотно сжатые губы, складка над переносицей. Тяжёлый для него разговор, практически исповедь.

– Да, хуже! Я вдруг понял, что Полоз держит меня за мальчика на побегушках. За того, кто должен озвучивать его «мудрые решения». И все вокруг это понимают. Слава духам предков, я не настолько глуп, как того хотелось шаману, и начал кое-что понимать. Надеюсь, не слишком поздно.