Шторм моей любви

Как только нашла, аккуратно открыла, радуясь, что не замаралась и осторожно принялась мазать, надеясь, что зараза пройдет у дочери в легкой форме.

– Да пожалуйста, – буркнула она и тут же добавила: – Раз так, то мальчики могут заразиться от нее.

– Могут, – подтвердила, и тут же добавила: – Завтра вызову врача, чтобы уточнили диагноз и записали в медицинскую карту.

– Она заразна, поэтому тебе и ей нужно уехать.

Замерла на секунду. Потом с ледяным спокойствием обработала еще три и повернулась к ней, уточняя важный момент:

– Я в своем доме и не собираюсь никуда уехать.

Если что-то не устраивает, никого не держу.

Мать молчала, что-то обдумывая. Закрыла бутылек, с досадой прошипев, когда все же закупоривая пробку, замарала кончики пальцев, и убрала на столик, пристроенный к детской кровати. Вытерла руки влажными салфетками, взяла чистое белье и направилась в ванную.

Только взялась за ручку двери как услышала:

– Когда ты нам уже предоставишь квартиру? Меня не устраивает, чтобы мой сын не может ко мне ходить.

– Точно, а я и забыла, – с хищной улыбкой проговорила и между прочим добавила: – Перелай Николаю, что еще раз он придет без приглашения в мою квартиру и будет пить на моей кухне, зубы выбью. И я… не шучу!

Глаза матери вспыхнули невероятной злостью и она прошипела:

– Это я настояла, чтобы он пришел! Я хочу видеть своего сына! Мой Коленька и так мучается, его преследуют какие-то мужики и угрожают. А ты…

– Каждый отвечает за свои поступки. И я в том числе, в первых рядах. Так что не нужно пытаться мне что-то доказать и требовать.

Вот когда будете жить отдельно, пожалуйста. Встречайтесь, жалейте его до потери пульса, а я без этого как-нибудь обойдусь. Бога ради! На здоровье! Но сейчас… в моей квартире я запрещаю ему и его жене появляться даже на пороге. В общем, пожелания я высказала, последствия уточнила. Не желаю видеть и знать. Так сказать, поперек горла он уже мне.

Мать сделала шаг вперед и сжала кулаки. Такая она была только когда обижали ее сыночка. Как все предсказуемо в последние два года…

Внезапно вспомнила ее совсем другой, когда она оказалась с отцом в несчастной съемной комнате с общей ванной и кухней благодаря прохиндею Коленьке.

Такого отношения ко мне как сейчас не было. Конечно, мнение, что я должна, у нее присутствует с самого моего рождения, но она молчала и помогала. А как продал брат их квартиру, то все… превратилась в «любящую» мать.

Уже сто раз прокляла, что стала жить вместе. Не стоило так опрометчиво.