Шторм моей любви

– Елена Валентиновна, можно ставить на стол. Все подъехали. Это Валерия, теперь она живет в доме, член семьи.

Женщина повернулась и, осмотрев меня презрительным взглядом, отчего захотелось послать ее туда же, выдала:

– Здравствуйте, – это она мне адресовала, а потом глянула на Риту и снисходительно буркнула: – Хорошо, через десять минут все будет готово. Можешь мне помочь.

Встретилась взглядом с женщиной и громко отчеканила:

– Маргариту забираю, а вы можете спокойно выполнять свою работу. Не будем вам мешать.

Презрение и гнев так и полыхали в ее зеленых глазах. Она выдавила из себя улыбочку, зашкаливающую от натянутости, и любезно процедила:

– Конечно!

По коридору шла недовольная, но оказавшись на втором этаже, не выдержала и поинтересовалась:

– Почему Шторм держит ее? Она же ненавидит всех, притом не скрывая этого. Змея!

– Сама не понимаю, но знаю точно, что не из-за вкусных обедов. Я ему говорила о ней, а он попросил потерпеть.

– Да? Интересно, – задумчиво произнесла, следуя за голубоглазой девушкой.

– И мне тоже…

– Игать? Идем игать? – защебетала дочка, хлопая в ладоши, видно зная, что идем туда, где с ней играла Рита.

– Потом обязательно, маленькая, – выдала я, добавив:– Как покушаем.

Светочка обняла меня за шею и вцепилась так крепко, что я почти ничего не видела, но это не напрягало.

Спальня была обставлена стандартно: кровать, тумбочки, шкаф, трюмо. Итальянский дизайн. Очень красиво. На паркете лежал светло-коричневый ковер с длинным ворсом.

Присев на кровать, поинтересовалась:

– Волков тебя обидел?

Она изумленно посмотрела на меня, застыв на месте, а потом выдохнула и громко выдала:

– Нет! Но…

– Тогда почему ты так реагировала? Категорично заявила, что он не сможет представиться братом…

Рита медленно подошла к кровати и тихо произнесла:"

"– Ко мне сегодня приходил одноклассник. Он… Я ему нравлюсь... И чтобы доказать глубину своих чувств, он бросил ту, с кем общался уже много лет. Но мне… этого не нужно.

Она замолчала и маленькими шагами пошла к комоду, над которым висело круглое зеркало в белоснежной оправе.