Шторм моей любви

– Маргарита с малых лет закаляется водными процедурами. Отец у них вел здоровый образ жизни. Поэтому и иммунитет хороший. А то, что она на сегодня попросилась сидеть с ребенком, пока няню не найдем…

– Мария могла. Зачем так напрягать девочку…

– Ей это в удовольствие. И поверь, она умеет. Мать у меня писательницей была. Увлеченно могла уйти в свои книги и забыть обо всем. Рита полностью занималась Катюшей. Не переживай.

Вздохнула и, посмотрев в лобовое стекло, спросила:

– Андрей, а если пока ты меня везешь…

– Двое моих людей там.

Мгновенно перестала думать о насущных проблемах, притом дополнительных, как будто у меня их было мало, и, повернувшись к Андрею, уточнила:

– Охотник?!

– Волков Сергей. Нанял лично его, чтобы обеспечивал безопасность Риты. Он профессионал. Будет жить с нами в доме, пока заказчик себя не выдаст.

– Может…

– Нет, ты остаешься под моим присмотром, – буркнул он, пронзительно глянув на меня.

Дальше мы ехали в полной тишине, пока не оказались на месте.

Чувствуя пронзительный взгляд, посмотрела на Шторма, следившего за всем, в том числе и за движением Александра, и в эту же секунду услышала:

– Советую сказать парню, что он свободен.

– Это все указания, или еще будут? – грубо ответила, раздражаясь его манере все решать за меня.

Грызлов недовольно посмотрел на меня и буркнул:

– Не выводи меня.

– А ты мне никто, чтобы я беспокоилась об этом факте, – сказала и открыв дверь, вышла, направляясь к входу. В это время повернулся Бердников, почти зашедший в здание, но увидев меня, остановился, счастливо улыбаясь.

«Так, сегодня, даже сейчас скажу ему, что такая стерва, как я ему не подходит. Да. Черт. Так и сделаю! И вообще, я не такая. Или такая? Неважно. Зачем портить мужчине жизнь, когда заклинилась на…» – недодумала, как услышала позади себя:

– Лера!

Повернулась и тут же оказалась прижата к мужской груди, а Грызлов, смотря на меня свирепым взглядом, процедил: – Решил помочь.

Только поняла, о чем он, как Андрей наклонился и поцеловал. Бешено, страстно, собственнически. Обхватил одной рукой за талию, прижимая к себе, а второй затылок, углубляя поцелуй.

Во мне кипело столько возмущения и бешенства, что думала, растерзаю его, но в мгновение этот ураган перешел в страсть, отбрасывая все эмоции в пропасть, даря наслаждение.