Шторм моей любви

Проходите, а то скоро прием закончится!

Кивнула, и вновь уложив документ в кармашек сумки, бросилась по коридору, топая каблучками в бахилах. Оказавшись в нужном отделении, поздоровалась с медсестрами и подошла к палате отца, слыша громкие недовольства матери. Вошла и, оказавшись в маленьком коридорчике, где была дверь в ванную, прошла в помещение. Палата рассчитана на двоих, но папа лежал только один.

Только вошла, как услышала бурчание:

– Ты что творишь? Хочешь его похоронить?

– Ле-ле… – хрипел отец, не в силах сказать.

Зверски посмотрела на мать, толкающего отца в грудь и, подойдя ближе, оттолкнула ее в сторону, со словами:

– Не тронь его!

– Ах ты! – прорычала мать и, кинувшись ко мне, подняла руку, чтобы залепить пощечину.

Схватила ее и прокрутила, доставляя боль, но не в силах была бороться с бешенством в груди. Я, значит, делаю все, чтобы поставить отца на ноги – оплачиваю его пребывание, все процедуры, трачу кучу денег, а она его тут дергает.

Оттолкнула к окну и прорычала:

– Пошла вон!

– Ты… Тварь! – процедила она, вытягивая шею.

– И не смей к нему приходить, пока отец не пойдет на поправку!

– Не смей мне тыкать, девка! – гневно завизжала женщина.

– Девка – твоя сноха ленивая!

– Змея! – прокричала Елена Николаевна и, повернувшись к отцу, гневно закричала: – Вот видишь? Видишь? Вот какую паскуду воспитали! А ты хочешь загубить сына! Только посмей! Тогда можешь сдохнуть здесь.

Сказав, схватила сумку ярко-красного цвета с рюшечками (очевидно Марина подарила такую мерзость) и прокричала:

– Жду не дождусь, когда ты получишь за свою наглость.

Прокричала и помчалась из палаты, а я стояла и переваривала ее слова. Пыталась в очередной раз убелить себя, что мне плевать, но усилия были тщетны.

«Проклятье, мне совсем не плевать».

«Не понимаю… За что? Сколько бы не делала, не помогала, она меня ненавидит. Так какого черта тогда идет ко мне, когда проблемы? Когда ее ленивый сынок наделает проблем? Змея!»

Резкими шагами подошла к окну и тяжело дышала, пытаясь переварить весь этот дурдом.

«Какие жестокие слова… И почему она моя мать? Да за что мне такое наказание?»

Обхватила себя руками и тяжело дышала, пытаясь думать о чем угодно только не о своей подленькой семейке. Это же надо…"

"«Нет, не думаю. Снег. Такой красивый… Плевать на снег! Нужно ехать к дочери! Маленькой любименькой девочке, которая ждет маму, любит и нуждается.

Повернулась к отцу и обомлела.