Шевалье

В конце-концов, кто им даст гарантию, что мы не из той же шайки? Что мы сюда пришли не для того, чтобы выбрать следующую цель налёта?

— Тоже верно, — согласился Дельрин, — Да уж, ироничная ты, сука жизнь. Не в первый раз сталкиваюсь с таким: ты защищаешь людей, а они относятся к тебе так, будто ты их враг.

— Орден защищал далеко не всех людей, — покачал головой я, — Одних, быть может. Но вот других он сжигал на кострах, пытал и убивал. Ничего удивительного, что многие видели в нём своего врага. В конце-концов как к тебе ещё должен относится крестьянин, соседку которого ты сжёг за колдовство, если эта самая соседка вчера вылечила его сына от тяжелой хвори?

— А как я должен относиться к крестьянам, которые сами приволокли свою знахарку на костёр? — равнодушно пожал плечами Дельрин, — Генри, не стоит рубить с плеча, если что-то кажется тебе неправильным.

"На это ответить мне было нечего. Бывший храмовник был прав. Прав во всём. В конце-концов в медовище крестьянам не понадобился ни орден, ни его святое воинство, чтобы потащить на костёр старуху и её непутёвую дочку. Они прекрасно справились с этим и сами, за что в итоге и поплатились.

Дальше шли уже молча. Правда и идти оказалось совсем недолго. Дом ограбленных горожан оказался всего через два проулка. На первый взгляд ничем не примечательное строение. Каменные стены, резные ставни, два этажа и небольшой крытый балкончик, нависающий над узкой улочкой.

— А ты точно уверен, что нам сюда, — поинтересовался я у Бернарда.

— Сюда, сюда, — кивнул бывший капитан, — Смотри на табличку над входом.

Над дверью и правда располагалась небольшая деревянная плашка, на которой было намалёвано какое-то ведро с торчащей из него палкой.

— Но…

— Это маслобойка, — пояснил Бернард, — Нам же сказали, найти дом маслобоя. Вот, собственно, и он.