Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 3

Ты – особенная, тебя можно любить, лишь отдаваясь своей любви полностью, не допуская ни единой посторонней мысли. Когда тебя видишь, это приходит само, но я ушел, и за меня взялась жизнь; я не мог думать только о тебе, и я перестал думать о тебе вообще. Если мы встретимся, если ты меня примешь, возможно, я вновь стану твоим, пока не уйду. Это скверно, но это так."

"Я не успел понять, как мой отец любил мою мать, но у них было что-то другое, во всяком случае, письма в Сэ приходили часто. Родители были единым целым, наверное, поэтому у них и родились близнецы, к тому же до невозможности разные.

Лионель никогда не влюблялся и не влюбится, зато он всегда найдет, о чем говорить со своей невестой, когда она у него появится. Я бросился в любовь с головой и боюсь второй встречи: вдруг все кончится и мы будем говорить о твоих дуксах и моих генералах, я подарю тебе что-то драгоценное, оно окажется не в твоем вкусе, но ты об этом не скажешь и пригласишь меня к столу. Мы сядем друг против друга, ты объяснишь, что за соус сейчас подадут, я выражу восхищение… Ужас!

Франческа, умоляю, пойми меня правильно, я не смогу просто жить с тобой в одном доме, мне нужно вернуть наше безумие, вскрики, невнятные обещания.

Я должен собирать для тебя звезды, позабыв обо всем, кроме тебя. Если этого не будет, у нас ничего не выйдет, я не смогу с тобой просто говорить, обедать, спать, это будет предательством самого прекрасного, что со мной случилось. Один мой генерал умудрился влюбиться в женщину из дома Приддов и в три дня жениться на ней. Он уверен и в себе, в своей любви, я не уверен ни в чем. Я хочу летать, Франческа, однажды ты подарила мне крылья, подари вновь. Я не думал, что можно влюбиться до страха – нет, не смерти, не измены, а обыденности. Я влюбился, и я тебе в этом признаюсь. Почему сейчас? Не знаю, по-моему, я видел что-то во сне… Мне кажется, это были винно-красные, пахнущие горечью цветочные гроздья, и еще там, во сне, шумело море и собиралась гроза. Это была наша любовь, а потом я проснулся в заметенной снегом сторожке, за окном мело, в сенях клевали носом дежурные адъютанты. Они спят даже перед боем, потому что к войне привыкаешь, а привыкать к любви я не согласен."

"Сейчас я допишу это письмо, выслушаю доклад начальника штаба, сяду в седло и объеду войска. Потом начнется сражение, и я выброшу из головы все, кроме него, затем будут подсчеты потерь, мы станем вспоминать погибших и решать, что делать завтра, послезавтра, через неделю.