Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 3

Придда вызвали как командующего корпусом, Арно оказался среди приглашенных из-за фок Дахе; Эмиль как-то понял, что их с хромым полковником связало накрепко, пусть и ненадолго…

– Капитан, можно вас? – Сэц-Пуэн был виноват лишь в том, что вновь начал «выкать». За это не кусают, и виконт не укусил.

– Можно, но мы перешли на «ты».

– Я помню… Проклятье, в голове не укладывается, – одноглазый капитан непроизвольно поднес руку к лицу. – Ну почему не я?!

– Потому что Герард! – таки рыкнул Арно. – На тебя бесноватые не бросаются, и с тебя, между прочим, письмо для матери…"

"– Никак не могу закончить, – пожаловался Сэц-Пуэн, – написал про бой и про маршала фок Варзов, а теперь еще и это… Или про сегодняшнее не нужно?

– Нужно, матери еще… то есть моей матери придется утешать мать Герарда.

– Тогда я сегодня и допишу. Тебя ищет твой «фульгат», если не путаю, Барсук, говорит – срочно.

– Иду. – Вот бы какая оказия сорваться в поиск! Хотя можно и приврать, вреда никому не будет, а помянуть погибших можно и с «фульгатами», с ними даже лучше.

Нарочито вытянувшийся при виде начальства Барсук напоминал суслика, в любой другой день это было бы весело. С другой стороны, дело разведчиков искать следы, а не читать в чужих душах.

– Ну, – заставил себя улыбнуться Арно, – что у вас? Кроунер новую елку нашел?

– Эт’нас сыскали, – мотнул головой Барсук. – Мелкие, рыженькие такие, они на холмах крутились, как вы в гости к гусям ездили.

– Каданцы. Что дальше?

– Письмо они вам привезли от своего полковника. Срочное, говорят, непременно нужно, чтоб до Излома прочли, ну меня сюда и погнали.

– Раз погнали, – виконт кивком подозвал зевавшего штабного ординарца, – перекуси, назад вместе двинем.

2Справа ловила молнии пламенная бесконечность, слева смеялось расшалившееся море, в котором тонуло и не могло утонуть солнце, и оно же играло с бесконечностью снежной, ласкало юные травы, рвало грозовые облака. Если древние боги обитали в подобных местах, можно лишь удивляться, что они спускались на землю. Ли Савиньяк был человеком, он собирался вернуться к армии, причем быстро.