Сапфировая королева

И вообще, несмотря на свою неприязнь к баронессе Корф, Леон неожиданно ощутил, что предпочел бы сейчас находиться в ее обществе. Не говоря уже о том, что баронесса куда более достойный противник, она бы никогда не позволила себе обойтись с ним грубо или уничижительно.

– Вы зря стараетесь, – бросил Валевский, не сдержавшись. – Я не крал этих украшений!

Хилькевич приподнял одну бровь и повернулся к Вань Ли.

– Он плинес мне кольцо, – мрачно уронил тот. Теперь стало заметно, что два зуба у Вань Ли выбиты, так что букву «р» он теперь не выговаривал не потому, что стремился походить на китайца, а потому, что просто не мог.

– Где кольцо? – спросил Хилькевич у Леона.

– У меня в кармане. Я…

Граф Лукашевский за воротник вздернул Валевского на ноги, похлопал по его карманам, нашел кольцо и протянул хозяину дома.

– Кольцо женское, – заметил Хилькевич, тщательно осмотрев его. – Кстати, в списке пропавших украшений фигурирует кольцо с большим сапфиром. – Король дна хищно оскалился.

– Это кольцо из Вены, – огрызнулся Валевский.

"– Ну да, пальцы-то у тебя тонкие, – усмехнулся Хилькевич. – Берегись, парень! Ты мог обмануть Вань Ли, нацепив на свою руку колечко, но не меня.

Розалия, которая закончила осмотр вещей, теперь ощупывала швы чемодана, пытаясь найти тайник. Валевский отвернулся, брезгливо выпятив губу.

– Где парюра? – грозно вопросил Хилькевич.

– Говори, когда тебя спрашивают, – угрожающе просипел Пятируков, видя, что Валевский не торопится отвечать.

– У меня ее нет, – спокойно промолвил тот.

– И ты ее не крал, по твоим словам, – усмехнулся Хилькевич. – Почему же тогда баронесса Корф приехала в наш город искать тебя и украшения, а?

Валевский пожал плечами:

– Потому что у полиции неверные сведения. Я не имею отношения к этому делу.

Хилькевич покосился на Розалию. Та покачала головой, показывая, что в чемодане никаких тайников нет.

– Где ты спрятал украшения? – мягко, но настойчиво спросил Хилькевич.

– Как я мог спрятать то, чего у меня нет? – вспылил поляк.

В комнате повисло напряженное молчание.

– Мне известно, что ты отличный вор, – сказал наконец хозяин, не переставая зорко наблюдать за Валевским. – Интересно, останешься ли ты таким, если я велю переломать тебе пальцы?

И Вань Ли невольно затрепетал, хотя угроза относилась вовсе не к нему. Однако Валевский не зря выше всех ставил Наполеона – присутствия духа ему было не занимать.