Секси дед или Ищу свою бабулю

Вы реальная ясновидящая?

– А ты сомневаешься?

– То есть вас не нанимала моя мама?

– Меня не нанимают. Ко мне приходят, Лена. Иногда, к счастью, редко, но метко, не слишком положительные персонажи, например, как твоя мать. Ну и дабы не устраивать себе проблем, приходится говорить то, что от тебя требуют. Конечно, в своей интерпретации, но все же.

– То есть все, что вы тогда сказали это было сделано для того, чтобы я поехала в санаторий и встретила там… Владимира?!

– Я поведала тебе то, о чем мне сказала твоя мать, правда, не совсем в той форме, о которой она просила.

Ну и, конечно же, я сказала то, что видела сама.

– То есть? – на мой вопрос Таисия тяжело вздыхает.

– Ой, тяжко с тобой. Зачем тебе было ехать непременно в поезде? Владимира там не было, он птица другого полета. Твоя мать меня об этом уж точно не просила.

– Ну и зачем?

– Ну ты тупая, что ли? – не выдерживает она. – Теперь половые чакры доминируют над головными? – несколько секунд я смотрю на нее в упор и до меня вдруг доходит.

– Это, чтобы я встретила моего Демьяна? Это… это он моя судьба?

– Не знаю я как его зовут. С именами у меня сложно. Тебе виднее. Но это он, конечно. Знаешь, я удивлена. Почему-то я думала, что ты в итоге профукаешь вашу последнюю встречу и поведешься на букву «В». Все-таки мать твоя прилично обработала тебя за все годы, проведенные вместе. А ты молодец. Удивила. Приятно удивила.

Мне бы надо разозлиться в очередной раз на маму, немедля высказать ей все, что думаю, вот только вместо этого я улыбаюсь как дурочка, понимая, что Демьян – моя судьба.

Прокручиваю в голове весь разговор в ту нашу встречу у Таисии. А ведь все она сказала, как есть. Темненький с сединой. Это уже потом она пошла на попятную про «светловолосого». Видимо, мама насела на нее с фотографией Владимира. А черные точки на теле – татуировки. И про возраст угадала.

– Вы такая… крутая. Спасибо вам большое, – сама не поняла, как это вырвалось из меня, а затем и вовсе обняла не самую дружелюбную и тактичную женщину.

 Вместо предполагаемой злости во мне играют совершенно другие эмоции. И почему-то на глазах появляются совершенно непрошеные слезы. – А зачем вы сказали, чтобы я с мамой не общалась, она же явно просматривала наш сеанс, любительница все контролировать, – отпускаю женщину и отхожу на шаг назад.

– Именно эта часть ей и не понравилась, – усмехается.