Сахар на обветренных губах (СИ)

— А ты разве не красотка?

— Не смеши, — фыркнула я и откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди.

— Не закрывайся, — глянул на мои руки. — Но тебе не убежать от факта — ты красотка. Уверен, там под толстовкой зачётная фигурка.

— Нет. Да и о том, что под моей толстовкой, ты вряд ли когда-либо узнаешь.

— Понял, — кивнул он коротко. — Не хочешь рассказывать о себе, тогда поговорим о том, какой я офигенный. Моя любимая тема, кстати. Я в ней шарю лучше всех.

— Боже… — я шумно вздохнула и откинула голову назад, глянув на потолок.

Нам принесли заказ: два стейка, две пасты с морепродуктами и два салата, политых каким-то густым соусом. И целый чайник с горячим чаем на травах специально для нас.

— Приятного аппетита, — бросила дежурно официантка и ушла, оставив нас одних."

"— Налетай, — Колесников с предвкушением потёр руки и начал со стейка.

Я коротко усмехнулась.

— Я сейчас поем, а потом ты скажешь «добрая женщина, дайте, пожалуйста»?

— Что «дайте»? — не понял Колесников.

— Потрахаться, — цокнула я. Данное слово было немного неловко говорить в относительно людном месте, но оно очень напрашивалось.

— И я столько лет терял такой подкат?! — нарочито возмутился Вадим и придвинул ко мне тарелку со стейком.

— Почему у дерева и в парке? Ты планировал мне читать стихи среди берез и тополей?

Пустой желудок, до которого уже дошли все запахи, что поднимались от блюд, уже напоминал скомканный лист бумаги и просил вкинуть в него уже хоть что-нибудь.

И я сдалась. Приступила к стейку.

— Кайф, да? — вопросил Вадим. — Мясо у них вообще пушка!

— Угу.

Сейчас я была с ним солидарна. Очень вкусно.

— Я, кстати, думал, ты из этих, которые мясо не едят.

Наивный. Мясо не едят те, у кого есть средства на то, чтобы выпендриваться. В моем же случае, если в доме есть еда, то выбирать не приходится. Ты ешь то, что есть.