Сахар на обветренных губах (СИ)

Не скажу, что я считаю их лучшими из людей, но защищать, наверное, не перестану никогда. Потому что привыкла. Да и страшно, что станет только хуже. Детдом мне, конечно, уже не грозит, но крепко засевшее внутри предчувствие того, что может произойти что-то, что будет хуже любых избиений и унижений, всегда со мной.

И только у Одинцова всё просто. А просто здесь только говорить и рассуждать со стороны о том, как оно должно быть правильно.

И почему я должна пойти именно к нему? Почему он так настойчиво мне это внушает? Или предлагает? Странный человек.

Экран телефона, лежащего на подушке, загорелся и привлек моё внимание. Не стала никак реагировать. Утром посмотрю, что там.

Отвернулась к окну и прислонилась лбом к стеклу, в отражении которого увидела, что телефон опять «ожил».

Пришлось сползать с подоконника, чтобы выяснить, кому я пригодилось в первом часу ночи.

Колесников.

Кажется, я нисколько не удивлена.

Взяв телефон с собой, я вновь забралась на подоконник с ногами и открыла сообщения, пришедшие от него.

«Привет»

«Спишь?»

Я смотрела на две одинокие строки и не понимала, что ему нужно. Зачем? Да ещё в такой час…

И нужно ли это мне?

Заблокировав экран телефона с так и оставшейся открытой перепиской, я откинулась на внутренний откос окна и посмотрела на закрытую дверь своей комнаты. Темно, тихо и… холодно, что ли.

"Повернула лицо к окну, прижала уголок телефона к губам и беглым взглядом пробежалась по окнам соседней многоэтажки. В большинстве из них не горел свет. Люди уже спали. Но были и те окна, в которых ещё кипела жизнь. Возможно, кто-то из них дочитывал книгу, в миллионный раз обещая себе, что эта глава будет точно последней; наверняка, кто-то насмотрелся ужастиков и теперь боялся спать без света; или… взгляд зацепился за один из балконов, с которого так и не сняли гирлянду, хотя уже подходил к концу февраль.

Мне был виден лишь её одинокий черный силуэт в синем свечении крошечных лампочек.

Наверное, мы с ней в чем-то похожи. Только мне недоступен балкон. Поэтому моя площадка для внутренних размышлений мала в разы. Лишь узкий подоконник, на котором и ноги не выпрямишь.