Развод по-королевски (СИ)

Наверное, будь моя магия доступна, то сам бы не заметил, как оскалил клыки — меня откровенно задела уверенность брата, будто Адри мне важно только пока…. полезна.

Именно эта вспыхнувшая злость вылилась в слова, часть из которых я бы предпочел не произносить:

— Рикан, — сурово начал я, — она нужна мне только потому, что я люблю её. И она нуждается во мне не из-за моего статуса, или положения, а потому, что только я смог завоевать её сердце. Если того потребуют обстоятельства мы оба сможем прожить друг без друга.

"Знаю, что говорить последнее не следовало. Знаю, как прав в своих догадках и оттого только неприятнее это осознавать. Но меня оскорбляет подобное отношение брата — он ведь не попытался узнать Адри, просто заклеймил её званием омелы, паразита, не способного существовать самостоятельно.

— Скоро ты сам во всём убедишься, — доносится до меня ледяной голос Рикана. Однако он уже не способен остудить мою злость, которая с каждым днём только растёт, не находя выхода. — Ты продолжишь сидеть здесь и твоей…. паре, — звучит снисходительное, — придётся отыскать себе нового благодетеля. Тогда-то мы и увидим, какова иная сторона её любви.

Сжав прутья решётки до побелевших костяшек пальцев, я, сам не понимая почему, неожиданно бросил:

— А если она придёт за мной? Что тогда ты будешь делать?

— Какая-то женщина решит выступить против меня, короля Росдона? — с сомнением протянул брат.

— Что-то по тебе этого незаметно, — процедил я в ответ, желая хоть так укусить его побольнее. Вот только в этот раз брат остался равнодушен к провокации. И прежде чем уйти, он с формальной улыбкой сказал:

— Наслаждайся отдыхом.

Слова о том, что меня уже тошнит от такого рода развлечения, пришлось оставить при себе. Брат удалился, громко хлопнув дверью, тем самым выдавая своё настоящее состояние. Что ж, мы всегда умели взаимно довести друг друга до белого каленья, видимо такова участь всех родных братьев, которые слишком похожи. Наверное, не будь у нас с Риканом такой большой разницы в возрасте, мы бы ещё и дрались безбожно.