Развод. Игра на выживание (СИ)

– Даня…

– Ты же не думаешь, что я буду тебе пересказывать наш разговор с греком?

– Очень бы хотелось верить в чудо, конечно, – смеюсь. – Но вижу, что не будешь. Скажи только… Как думаешь, он её любит?

– Не знаю, Ян. Мне не до этого было. Сами разберутся.

– Ладно.

Целую тёплую кожу и обнимаю крепче. Обещаю себе, что завтра обязательно позвоню Вере и всё разузнаю.

Провожу ледяной ступнёй по лодыжке, покрытой мелкими волосками. Богдан привычно тут же греет, переплетая наши ноги.

Кайф.

Самое страшное в жизни – когда некому согреть замёрзшие ноги в постели.

– Как твои мотогонки? – спрашиваю, через силу разлепляя глаза.

– Сезон закончен. На следующей неделе закрытие в баре возле трассы.

– Ясно, – внутренне сжимаюсь, предвкушая этот вечер.

Клянусь, что не буду истерить и выкидывать ужин в мусорку. Наберусь сил и встречу его с улыбкой.

– Пойдёшь со мной, – сообщает Богдан без вопросительной интонации, – прошлые гонки обошлись мне пиздец как дорого.

Расслабляюсь и удовлетворённо прикрываю веки.

– Пойду, – отвечаю засыпая.

На следующее утро, сразу после завтрака Соболев уезжает в офис, а я снова остаюсь с тремя детьми, умоляя всевышнего, чтобы они наконец-то поправились, и наша жизнь вошла в привычную колею.

Как я могла раньше не работать?

Чем занимала всё свободное время? Хоть режь – не вспомню. Но так больше не хочу.

Днём звонит свекровь из больницы. Долго делится тем, как проходит лечение, жалуется и интересуется внуками.

Так и получается, человек, которого я больше всего обижала словом, оказывается практически единственным на свете, кому я могу рассказать о том, что мы с мужем победили самый сильный кризис и, кажется, выгребли.

После того как довольная Юлия Сергеевна отправляется на процедуры, я пытаюсь дозвониться до Веры, но её телефон оказывается выключенным. Подобное часто бывает с её видом деятельности, поэтому решаю, что волноваться не стоит.

В приподнятом настроении принимаюсь за готовку. Дети играют наверху. Кружусь по кухне, практически пританцовывая, пока не слышу звонок. Стоянова наконец-то проснулась.

Не посмотрев на экран, отвечаю весело:

– Привет, Вер.

– Это не Вера, – отзывается отец, и я раздражённо закатываю глаза. – Мои юристы нашли дыру в уставных документах Соболева. Мы отберём у него всё.

Глава 42. Яна.