Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила

По его словам, было бы достаточно, чтобы французы разоружили и уничтожили все свои приграничные крепости и установили двадцатикилометровую демилитаризованную зону вдоль франко-германской границы. Появление в этой зоне хотя бы роты французских солдат тут же стало бы «казусом белли».

Михаил внимательно слушал кайзера, но от комментариев по поводу его дипломатических фантазий пока воздерживался. Он лишь один раз сухо заметил, что все варианты должны быть сперва обсуждены дипломатами и военными, и лишь потом свое веское слово выскажут монархи.

Далее кайзер перешел к личным делам. Он пожалел вдову убитого императора Николая II, которая до сих пор не может прийти в себя после случившегося, и пожалел ее дочерей – племянниц нового русского самодержца. Михаил сказал, что все они не будут обижены, всем будет обеспечено соответствующее их сану содержание, а племянниц, когда те достигнут совершеннолетия, он выдаст замуж за достойных людей.

А потом, когда кайзер уже начал выдыхаться и фонтан красноречия стал иссякать, Михаил завел разговор о насущных проблемах.

Он четко сформулировал пункты, по которым должны сотрудничать российские и германские дипломаты, и о присоединении к «Союзу двух орлов» Швеции. С благодарностью отозвавшись о губернаторе Циндао фон Труппеле, Михаил попросил кайзера отметить и поощрить этого умного и дальновидного политика, который в настоящее время активно помогает русскому Тихоокеанскому флоту и эскадре адмирала Ларионова.

– Мы должны совместно действовать на Тихом океане, – сказал Михаил, – лишь тогда мы сможем стать подлинными хозяевами этой богатейшей части земного шара и вытеснить оттуда нахальных англичан, которые безо всяких на то оснований считают себя хозяевами мира. Необходимо наглядно продемонстрировать им, что они неправы.

В общем, встреча русского и германского императоров прошла с большой пользой для всех. Я обратила внимание на то, какими глазами смотрел кайзер на нашего молодого монарха.

Похоже, что Вильгельм, наконец, понял – сидящий перед ним парень рано повзрослел, многое пережил, и теперь он не будет таким же робким и нерешительным правителем, каким был его покойный старший брат. Чего-чего, а храбрости, выдержки и самообладания Михаилу хватало и в нашем прошлом. Я совсем не уверена, что его брат Николай так же мог командовать Дикой дивизией, как командовал Михаил своими лихими джигитами во время Первой мировой войны.