Рассвет твоей нежности

— Не поверишь, Алина. Фотографию из отчета увидела, — пояснил я.

— Тут бы пару швов наложить. — задумчиво протянул он.

— Заживет. Помажь чем-нибудь и пластырем залепи.

— Зеленка пойдет? — сунул он мне под нос, какой-то флакон.

— Мажь! — раздраженно махнул я рукой.

— Все, можешь одеваться. — через пару минут закончил он.

— Есть чистая рубашка? — подойдя к шкафу, он достал белую футболку и кинул мне. Вещь была брата. Он на размер меня меньше в плечах, поэтому ткань плотно облепила тело. Да и ладно.

— Алине собираешься рассказать? — мог Герман неожиданно поставить в тупик фразой или вопросом. Я задумался, а он разлил по стаканам коньяк.

— Не думал об этом. — откладывать, наверное, не стоило… — Надо с Таней поговорить, чтобы она в позу не вставала, позволила познакомиться с сыном. У меня пропало желание ей мстить, — задумчиво протянул я. Брат подозрительно смотрел на меня. Пауза затянулась. — Что? — не выдержал я.

— Ты понимаешь, что это очень сильно усложнит твою жизнь?

— Герман, о чем ты говоришь? — он поставил стакан с недопитым коньяком обратно на стол, распаковал плитку шоколада и большой кусок закинул в рот.

— Андрей, ты не столько сыном интересуешься, сколько хочешь затащить его мать в постель. — уверено заявил он. Неужели все так очевидно?

— Ну, она же моя жена. А у нее долг в полторы тысячи ночей, — попытался я отделаться шуткой.

— А у тебя перед ней нет долгов? — предельно серьезно спросил брат. — Андрей, обидишь ее, тебя сын не простит.

— Адвокатом заделался? — без злости спросил брата. Ведь он в чем-то был прав. Таню я хотел! Дико! Беспощадно! У меня вставал даже на ее голос, запах… Это примитивное животное желание мешало сосредоточиться и все обдумать. А между нами столько нерешенных вопросов…

Алина — моя любовница живет на правах жены, а Таню — свою супругу я мечтаю видеть в роли любовницы? Бред!

— Сосредоточься на сыне.

— Придется воскреснуть! — твердо произнес я, следом добавил: — давай о чем-нибудь приятном поговорим.

Вроде и не перебрали, но уснули в кабинете. Герман в кресле, я на диване. Разбудила нас в семь утра Алина.

— Да, — отыскав долго звонящий телефон, принял вызов.

— Андрей, ты где?

— Я же вчера написал.