#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 23

Наши гвардейцы тоже Воины, не промах, но этот огневик может устроить пожар в холле, обуглить стены и довести дело до полного хаоса. А нам что, потом ещё ремонт делать?

Ну уж нет.

— Свет, твоё тело на время позаимствую, — предупреждаю её, уже зная, что услышу в ответ.

Она весело фыркает, в мыслях ощущается азарт, даже намёк на предвкушение.

— Давай! Хочу посмотреть, как именно ты его уложишь.

Я перехватываю контроль, ощущая, как пальцы девушки привычно сжимаются в кулак. Тело лёгкое, подвижное, гибкое — в этом есть свои плюсы.

Не останавливаясь, ровно, без угрозы произношу:

— Успокойтесь, служивый. Здесь вы не имеете права что-то требовать.

Водитель резко оборачивается, даже не пытаясь отступить назад, не страхуя себя от возможного удара.

Глупо.

Я молниеносно бью в поддых, заряжая кулак Багровой вспышкой.

Чётко. Быстро. Рефлексы Светки отработаны до автоматизма. Не зря ее Кострица муштровала.

Энергия проходит сквозь магический контур, глушит пламя, и огненный доспех разлетается, как перегоревший предохранитель.

"Мужик хлопает глазами, внезапно лишённый защиты, сгибается пополам и с глухим стуком падает на задницу. Глаза у него вытаращены, рот приоткрыт, а воздух никак не хочет возвращаться в лёгкие.

Светкины руки автоматически вызывающе упираются в бока — её рефлекс, хоть управляю телом сейчас я. Но привычка — вторая натура.

— В нашем доме посторонним запрещено применять магию, — спокойно бросаю, смотря на него сверху вниз.

Водитель хрипит, скрученный болью, судорожно хватается за бок, но уже не рыпается. Я не спеша указываю на дверь:

— Выметайся. И передай боярину Артёму Воробьёву, что его сын сейчас находится у нас. Он повёл себя неподобающим образом и спровоцировал атаку моего человека. До приезда Охранки Семён Артёмович будет находиться у нас в гостях.

Он даже не отвечает — просто корчится от боли, так что гвардейцам приходится вытащить этого пса к его машине.

Как только за ним хлопает дверь, я плавно возвращаю Светке контроль.

Она ошарашенно хлопает глазами, затем медленно сгибает пальцы, будто проверяя, всё ли на месте, не растеряла ли ловкость.

— Слушай, Даня, — выдаёт она по мыслеречи, — а ты можешь меня этому приёму научить? Это было круто! Ты так его доспех вырубил! Будто рубильник дернул!

Я усмехаюсь, расправляя плечи в своём теле.

— Как-нибудь научу. Если хорошо себя вести будешь.