Проблема для некроманта – 2

Анкету Инги Винсент заполнял сам, как всегда делал для новичков, не умеющих писать. Даром что в этом случае и записывать оказалось особо нечего.

Архивисты тщательно фиксировали родословную всех, кто попадал за ворота, неважно, оставался ли человек учиться или просил запечатать дар. Строили сложные схемы родства, пытаясь вычислить принципы, по которым наследуется дар – без особого, впрочем, успеха. Бывало, что в известных семьях несколько поколений рождались одни бездари, бывало – дар прорывался в глухой деревне, где магов отродясь не водилось, как и заезжих молодцов, на которых можно было бы списать появление дара.

Так почему Освальд не полез в архивы? Не расспросил о родословной и знакомствах Инги еще вчера? Тоже оказался крепок задним умом, или снова пытается убедить всех, будто покушение на Ингу не имело отношения к другим смертям, а дело в чьей-то личной неприязни?

Стоит ли верить его рассказам о внезапном отсутствии прислуги в доме Корси? Надо узнать, многие ли выжили, и расспросить их.

Но если Освальд – убийца, едва ли такая возможность осталась. И если он не убийца – тоже, слишком уж удачно загорелся дом. Конечно, бывают и не такие совпадения, и все же…

– Я не могу вам ответить, – сказала Инга. Умница, сумела справиться и с лицом, и с голосом.

– И все же я вынужден настаивать.

– Не могу, а не «не хочу». Когда пробудился мой дар, я потеряла память. Муж… профессор Оркан утверждает, что такое случается нередко, если дар силен и просыпается спонтанно, без контроля опытного мага.

– Да, так бывает. Но я полагал, что к вам это не относится. О чем надо было думать… – Освальд осекся, не договорив.

С точки зрения таких, как дознаватель, взять в жены девицу без родословной и связей, да еще и без памяти было безумием. Ладно, если просто без полезной родни, а если родня объявится, да такая, что знаться стыдно?

Винсент прекрасно помнил, о чем он думал. Это был единственный пришедший в тот миг в голову способ защитить Ингу от инквизитора.

Да, он полностью сознавал последствия для себя, но и тогда был уверен, что оно того стоит, а сейчас – и подавно. Всплывет вдруг у Инги – точнее у Агнеты – родня, тогда, возможно, появятся поводы для беспокойства. Возможно, и не появятся. Разумные люди всегда договорятся, а неразумные побоятся связываться с профессором некромантии.

– Зато я могу сказать, о чем нужно было думать тебе в ночь, когда взлетел на воздух факультет! – не преминул вмешаться наставник.