Проблема для некроманта – 2

– Я могу чем-то помочь, или оставить тебя обдумать их как следует? – спросила Инга, развеяв наваждение. Пальцы пробежались по его груди, и было заметно, что ей просто нравится к нему прикасаться – как и ему к ней.

Наставник бы обозвал Винсента непроходимым дураком. Менталисты опасны. Сегодня женщина искренне любит и не желает зла, завтра – захочет открутить голову или просто решит, что чем спорить и ссориться, лучше чуть-чуть подправить чужие мысли в свою пользу.

Вот только Винсент как никто другой знал, что подавляющее большинство убийств совершается, знакомыми, а почти половина – в семье.

Так что по-настоящему себя обезопасить можно, лишь удалившись от мира в пустыню. Если уж на то пошло, наставник сам совершил непроходимую глупость, притащив в дом пацана, который пытался пырнуть его ножом, и вовсе не в шутку.

– Пожалуй, да, – сказал Винсент

Она растерянно моргнула. Поди пойми, что он имел в виду. Нет, пошло оно все, хватит с него слов, и дурацких мыслей хватит. Он поймал ладошку, поцеловал, обвел языком подушечку пальца.

Инга вздрогнула, задышала чаще и глубже. И вовсе не надо было ее читать, чтобы ощутить, как просыпается желание. Такая отзывчивая. Такая страстная.

Он может быть более осмотрительным. Только на кой ляд ему жизнь без нее? А потому ему плевать, ведьма она или нет. Дурак он будет, если упустит ее, вот это – точно.

– Можешь помочь, – улыбнулся он, легонько гладя ее запястье. И в который раз за утро выругался, заметив синяк.

Инга

От поцелуя, казалось, невинного, мурашки пробежали по коже, под взглядом мужа по телу разлился жар.

О чем бы там он ни беспокоился с утра, сейчас явно выбросил из головы все заботы. Винсент перехватил мое запястье, и я только сейчас поняла, что вырубилась, так и не сняв украшений, которыми он меня увешал. Муж замер на миг, а потом поднес мою руку ближе к лицу, разглядывая.

– Что там? – Я приподняла голову.

Винсент бережно погладил большим пальцем кожу над краем браслета.

– Я был груб.

– Ты был офи… великолепен.

 – Я потерлась щекой о его плечо.

Как будто он сам не знает. Уж ему-то точно известно, что я не притворялась ни вчера, ни до того – впрочем, с эмпатом, мужчиной, который отзывается на каждый вздох, каждый стон и притворяться незачем, каждый раз – что-то совершенно потрясающее.

– И все же… – Винсент коснулся губами места, где бьется пульс, и там словно кольнуло невидимыми иголочками. Дыхание мужа щекотнуло кожу, мое сердце подпрыгнуло и зачастило.