Прекрасная помощница для чудовища

Андрей решил, видимо, не давить и не допытываться, дав мне отсрочку.

— Идем, — я облегченно выдохнула.

Выход на балкон оказался прямо в спальне Андрея. Балкон представляет собой небольшую полукруглую площадку, куда уместился небольшой дива и формальное ограждение, а так весь балкон застекленный от пола до потолка.

— Окна затонированы, так что нас здесь никто не увидит, — произнес Радов, садясь на диван и утягивая меня к себе на колени."

"Второй этаж, вид на парк и… просто отличный вид на устроенную внизу вечеринку.

Внимательно вглядываюсь в гостей. Заметила и Гайне. Начальник стоит в стороне с какой‑то девушкой и мило с ней беседует. Вдруг к ним подбегает мальчик лет двенадцати на вид и буквально заскакивает на Виктора, крепко того обнимая. Неожиданно.

— Познакомилась с кем‑нибудь из моих родственников? — спросил Андрей, отвлекая меня от созерцания. А я и не заметила, как по — хозяйски Радов положил руку мне на ногу. Да и поза у нас не сказать, что приличная.

Попыталась сдвинуть руку Андрея на какое‑нибудь более приличное место. Радов позволил передвинуть свою ладонь ближе к коленке, но потом одним медленным движением, не замечая моих попыток остановить его руку, провел ладонью обратно вверх, вызвав на моей коже мурашки. Причем рука Радова оказалась после возвращения в еще менее приличном месте, а мужчина еще и стал неспешно поигрывать пальцами, эдак задумчиво поглаживая подушечками чувствительную в этом месте кожу.

Чувствую, как во мне начинает вспыхивать желание. Невольно задышала чаще.

— Андрей, ну перестань, — ерзаю на коленях мужчины и все еще пытаюсь убрать руку Радова, но чувствую, как нечто под моей попой отвердевает, переходя в режим боевой готовности, Андрей вжимает меня в себя еще крепче, а рука, что бесцеремонно поглаживает мое бедро с внутренней его части, хватает и сжимает.

— Хочешь, займёмся этим прямо здесь и сейчас? — вкрадчиво интересуется Андрей. — Я ведь тебя сильно завожу, детка. Я чувствую это. Но ты отчего‑то сопротивляешься.

— Не хочу. Андрей, все, хватит.

— Какая ты все‑таки нерешительная, Лер, — печально вздохнул Радов и ослабил хватку, впрочем, до конца так и не отпустив.