Второгодка. Книга 2. Око за око

— Оно и видно!

— А тебя вот при всех хочу предупредить, если ты свои наркоманские штуки не бросишь, придётся стукануть в органы. Пускай они тобой займутся.

— Ты что несёшь! — начал терять он контроль над гневом.

— Да ладно, не надо, — с понимающим видом усмехнулся я. — У всех свои слабости.

— Что⁈

У него глаза на лоб полезли.

— Да, перестань, пожалуйста. Все ведь всё понимают. Спалился, так хотя бы помолчи просто, не позорься. Испанский стыд, Витя.

— Кринж, — подсказала Алиса.

— Вот именно, — кивнул я. — Кринж, Витя.

Ему бы промолчать, взять свой зад и нести в зрительный зал, но его понесло по волнам злости, праведного гнева и желания поставить обидчика на место. Как, собственно, я и ожидал. Ладно бы его полоскал кто-то из сильных мира сего. А то ведь какой-то второгодник, чучело-мяучело.

— Ты чё несёшь⁈ — загорелся он. — Ты чё мелешь? Ты хочешь чтобы я сейчас полицию вызвал?

— Думаю, надо сразу в Росгвардию звонить, — усмехнулся я. — Звони. А я пока в наркоконтроль позвоню. У тебя явно наркотическое опьянение, брателло.

Наступила тишина. Те, кто стоял вокруг нас, притихли — слишком уж странными и вроде бы беспочвенными выглядели мои обвинения. К тому же сам обвиняемый вращал глазами, как полоумный и хлопал губами, как карпик, выуженный из пруда.

— Чего ты губами шевелишь, — усмехнулся я. — Глупый маленький мышонок. Разевает щука рот, а не слышно, что поёт. Мы все видели, как ты пакетик с дурью в карман сунул.

Ему бы отмахнуться, да пойти своё дело делать. Да куда уж там, закусил удила. Я таких знаю. Много таких артистов повидал, поэтому сейчас стоял и наблюдал за ним, как за лабораторной крысой.

Петрушка непроизвольно, не отдавая отчёта в собственных действиях сунул руку в карман пиджака и вытянул на всеобщее обозрение маленький пластиковый пакетик с травой. На глазах у изумлённой публики.

Ну, он, конечно, заорал, заголосил, а я только головой покачал, повернулся и пошёл в зал.

— Алиса, блин! — шуточно возмутился я. — плечо больное, ты что творишь!

— Да ладно, не маленький, Красик, — усмехнулась она. — Хотела сказать, что ты, конечно уже оправдал свой пригласительный, но, всё-таки, уговор дороже денег, да? Ты же помнишь, что обещал мне что-то рассказать?

— Когда я тебя обманывал? — усмехнулся я.