Второгодка. Книга 2. Око за око

Место недалеко от деревни, заросшее бурьяном, не грибное, не ягодное, никакое. Из-за зарослей вообще невидное. Полей поблизости не было, пастбищ, прогулочных и охотничьих троп тоже. Бомжи здесь не шарились.

А сейчас заросли клёнов и шиповника продвинулись гораздо дальше, и случайно найти развалину, которая уже тридцать лет назад была развалиной, стало вообще нереально. Я проверил в интернете, на спутниковых снимках — угодий, строений или ещё чего-то такого здесь не было. Кроме меня об этом месте никто не знал. Так что шансы, что всё будет на месте имелись.

Никитос, разумеется, интересовался, где я прикопал все эти трофеи, и я ему даже объяснял. Но было как-то не до того и только потом уже понял, что он подумал совсем про другое направление. Так руки и не дошли всё это забрать. Он наверняка всё потом перерыл. Но не здесь. Не здесь, это точно.

— Ладно, — кивнул я, — посмотрим, насколько хорошо я ориентируюсь, да? Погнали, Кукуша. Ищем любые признаки старых строений.

Мы полезли в чащу. Земля была сухой, трава тоже сухой. Ветки, стебли, стволы деревьев, палая листва… Капец, джунгли. Тогда был конец зимы. Снег был твёрдым, превратившимся после оттепели в ледяные горки. В этом месте солнышко хорошо пригревало.

— Племяш, чёт не здесь походу, а?

Бродили мы уже минут сорок, и Кукуша уже начал намекать, что мы попусту теряем время. Но я не сдавался. Даже если заначка и не долежала, я должен был удостовериться, что тут ничего не было.

— Здесь-здесь, пока не найдём, не уедем

— Блин, я все штаны изодрал уже! Погоди-ка… Тут кирпич походу. Будешь смотреть?

— Буду!

Я двинул на голос Кукуши и вдруг услышал треск, а потом тишину. И ещё через несколько секунд лихо закрученную тираду, состоящую исключительно из матерных слов.

— Порвал! — крикнул он. — Порвал штаны! Ну всё, Серый! Кабзда! Как я без штанов!

— Сам-то не расшибся⁈ — крикнул я и ускорился к нему.

— Не знаю, бляха!

Я продрался через прутья кустов и подошёл ближе. Кукуша лежал головой вниз в неглубокой впадине, а чуть дальше от него я заметил старую кирпичную кладку.

— Давай, дядя Слава, вставай, поднимайся, рабочий народ!

Ему пришлось перевернуться на бок и тогда только он смог приподняться.

— Кажись, — прошептал я, — ты куда надо улетел.

Я спустился в углубление и подошёл к развалине. Попытался сообразить, она это вообще, или нет.