Поцелуй для попаданки. Просто загадай желание

Какой толк в поселении души из другого мира в чужое тело? Тем более что чужаки никакими полезными знаниями не обладали и чаще всего сходили с ума от ужаса.

Последний перемещенный то терял сознание от ужаса, то, соорудив из палок какой-то крест, угрожал всем вокруг непонятной инквизицией и очищающим костром. А потом и вовсе нападал на своего благодетеля, едва не задушив его во сне. В конце концов бедняга потом совсем умом тронулся, и его лишь в последний момент успели вернуть назад.

Для того, кто вернулся в свое тело, тоже все закончилось не очень хорошо.

— Самое время напомнить о себе.

Грей Эшфорт недоверчиво хмыкнул и провел рукой по щетине, раздумывая над его словами."

"— Значит, ты думаешь, что в теле Катриэль сейчас кто-то другой?

«И не только Катриэль… Агнелика. И она теперь другая».

Витторн сам не понимал, почему скрывал от друга свои подозрения.

— А почему бы и нет? Сам подумай, сразу всё становится логично и понятно.

— Тогда почему она не признается в этом? Почему она не сказала, что не Катриэль?

Перед глазами появилось испуганное, но такое решительное лицо Агнелики.

Она готова была до последнего отстаивать свою личность.

Страх. От неё так отчетливо пахло страхом, который девушка всеми силами старалась подавить, смело выступая вперед.

«Надо же… сколько отваги», — неожиданно с гордостью подумал он.

— А ты бы стал? — тихо спросил фокр. — Неизвестный мир, странные люди. Непонятно, кто друг, а кто враг.

Витторн попробовал представить, каково это. Очнуться неизвестно где и узнать, что ты — это уже не ты. Кроме того, новую тебя пытались отравить. Тут кто угодно насторожится и будет отмaлчиваться.

Почему-то он был уверен, что девчонка перенеслась в чужое тело против желания. Может, её обманули или принудили. В любом случае её вины в произошедшем нет.

«Оправдываешь её…» — глухо отозвался внутренний голос.

— И если вспомнить репутацию Катриэль, то бояться ей стоит всех и каждого. Начиная с тебя. Что ты сделал, когда увидел её утром после покушения? — продолжил мужчина, стараясь прогнать образ Агнелики из мыслей.

Эшфорт хмыкнул, признаваясь:

— Сообщил о том, что собираюсь её арестовать по обвинению в покушении на княжну.

«А я накинулся с обвинениями…»

— Ну вот. Понятное дело, что она молчала.