Помощница для профессора

Это как с врачом, понимаешь? И так же уместно, как если бы я записывал бредни Ника Рида. Понимаешь?

— Кажется.

— Ах, тебе кажется? У вас ведь уже был курс этики. Впрочем, неважно. Это не мой предмет."

"Следующий час я тихо сидела в уголке и записывала все, о чем Исаев говорил с клиентом. Вернее, по большей части говорил клиент. Он без прикрас описывал спорную ситуацию с рыболовецким судном, которое регулярно имело проблемы на границе с грузом и документами. Исаев внимательно слушал рассказ о спорных ситуациях и недостающих бумагах, а я строчила, как сумасшедшая, стараясь сократить, не упустить смысл.

— Ладно, Игорь Дмитриевич, я вас понял. Пока все выглядит так, словно вы очень кому-то мешаете. Мы можем предложить несколько путей решения. Я завтра вам их озвучу. Хорошо? До связи в это же время.

Игорь Дмитриевич, разумеется, согласился и тоже попрощался.

Не успел он отключиться, как на экране снова запиликал вызов видеосвязи. Исаев издал странный звук. Что-то между стоном и вдохом.

Я запретила себе вспоминать об этом, хотя тело сразу откликнулось жаром и сладкой истомой.

— Ох, ну что опять? — пробормотал Роман Андреевич.

— Что? — не поняла я.

— Да это не тебе. Подвинься-ка ближе, продолжай записывать. Это клиентка тоже.

Я послушно пересела ближе и тут же увидела себя в кадре, едва Исаев принял звонок. На экране теперь по центру красовалось идеально мраморное лицо той самой клиентки.

Очень похожа на силиконовых уток с кастинга, только старше и, кажется, опытнее. Такую из кабинета просто так не выставишь, хотя я тут же поклялась самой себе, что сделаю это при первой же возможности. Такая вот нелюбовь с первого взгляда.

Едва дамочка открыла рот я и вовсе возненавидела ее.

— Рома, здравствуй. Я пыталась вчера вечером тебе дозвониться.

— Доброе утро Снежана Сергеевна. У вас что-то срочное?

Она отвечала Исаеву, а смотрела только на меня.

— Конечно, срочное. У нас суд на носу. Нужно увидеться, поговорить.

— Разве мы не обсудили все нюансы раньше? Я готов к заседанию.

— Появились новые обстоятельства. Я выяснила кое-какие подробности о муже.

— Какие? — устало поддерживал разговор Роман Андреевич.

— Я не могу говорить при посторонних.

— Это мой стажер и помощница.