Помощница для профессора

Столько книг в личной библиотеке, а когда он читал что-то более захватывающе, чем УК РФ?

Расправив короткий подол, я объявила:

— Все готово, идемте ужинать, Роман Андреевич!

Он едва скользнул по моему наряду взглядом. Даже обидно. Не отрываясь от телефона, прошел на кухню. Замер, как Траволта, оглядываясь по сторонам.

— Я накрыла в столовой, — подсказала я.

Он кивнул, ответил на еще один звонок по дороге в столовую. Сел за стол, взял вилку и принялся бездумно есть, отвечая и кивая невидимому собеседнику.

Мда.

Хотя зря. Мы не семейная пара, чтобы за ужином мило трепаться ни о чем.

Налила сама себе вина, потому что Роман Андреевич покачал головой, накрывая ладонью свой бокал. Он не успел и слова сказать, стоило ему отложить телефон, как тот снова зазвонил.

Да его вообще когда-нибудь оставляют в покое?

Еда была вкусной, но ела я без аппетита. Смотрела на Исаева, который устало кивал или спорил с собеседниками, которым всем надо было срочно и прямо сейчас.

Потом я забрала тарелки, отнесла на кухню, вымыла и протерла, как он и просил меня еще вчера. Вернулась в столовую. Роман Андреевич клевал носом. Телефон лежал перед ним. На экране горячо жестикулировал какой-то мужчина.

— Это не правовой случай… — устало ответил Роман Андреевич.

Бодрый собеседник тут же шумно отреагировал на экране, завалив Исаева возмущением и предложениями.

У него, наверное, рабочий день не начинается в пять утра.

— Я не помню… — ответил Роман Андреевич на следующий вопрос.

— А быстрее? — тут же всполошился мужчина.

— А быстрее только кошки родятся, — громко ответила я.

Роман Андреевич аж проснулся.

Я нависла над его плечом так, чтобы собеседник увидел меня в камере.

— Добрый вечер, — улыбнулась я. — Меня зовут Настя, и рабочий день моего босса окончился час тому назад. Сейчас Роман Андреевич больше не может с вами говорить, поэтому я прошу вас набрать его завтра в чуть более урочное время.

И нажала на «отбой».

— Это… Что сейчас было? — спросил Исаев в тишине.

— Это у меня закончилось терпение. Вы же себя не щадите! У вас глаза закрываются, вы прямо тут отрубитесь, если сейчас же не отправитесь в кровать.

Роман Андреевич с удивлением повернулся и во все глаза посмотрел на меня.

Ну вернее, на мое «платье». Заметил-таки.

— Ох, Настя… — прошептал он, и от этого шепота по телу разлилась истома.