Попаданка для ледяного адмирала

Император никогда не показывал жестокость либо несправедливость в отношении меня, лишь заботу и участие.

Я погладила его по руке, размышляя.

– Родной, я не пытаюсь бросаться обвинениями. Просто вижу, что тебя это беспокоит, и хочу как-то помочь. Возможно, мы никогда не узнаем правды. Возможно, тебе показалось, но, если нет, я хочу, чтобы ты был осторожен. И, если император правда способен на подобное, кто знает, какой приказ ты получишь в следующий раз?

– Я разве похож на того, который исполнит приказ – прыгни с башни? – ухмыльнулся Эрвин.

– Ты позволил избить себя кнутом, когда Рэй погиб! А если на нас пираты нападут и убьют человек десять? Тебе легче застрелиться будет? Уж прости мне подозрительность, но ты слишком ответственный, чтобы можно было быть уверенной, что бредовые приказы ты проигнорируешь.

– Проигнорирую.

– Разве?

– Возможно, твои исполню, – Эрвин притянул меня к себе и шепнул на ухо. – Ну же, супруга. Отдавай свои самые смелые приказы.

Меняет тему, подлец. Знает, что я не могу спорить, когда он так делает…

– Ты считаешь мои приказы бредовыми? хм… – я погладила его шею вдоль ворота.

Эрвин поймал мою ладонь и прижал к своим губам.

– Мне готовиться к связыванию?

– Да, – я облизнулась. – Кажется, спальни ты мне ещё не показывал.

– Теперь самое сложное, дойти до неё. – Эрвин подхватил меня на руки.

Глава 35

Сегодня я сделала ещё одно открытие, – Эрвин куда несдержаннее, чем можно предположить.

Обычно, когда мы переходили к ласкам, до кровати было несколько шагов.

Дышал адмирал часто и прерывисто, и то и дело предпринимал попытки свернуть куда-то, натыкался на слуг и возвращался на прежний курс.

Я ужасный человек, но не могла упустить случая провоцировать его. Пропускала сквозь пальцы волосы на затылке и целовала шею. Хотела найти эту черту, за которой он уже не мог сдерживаться.

Эрвин прижимал меня к себе всё теснее и почти бежал.

– Нет, – я покачала пальцем и мягко оттолкнула его. – Сядь. Это приказ.

На красивом точёном лице дёрнулся привычная эмоция упрямства и сопротивления, но вероятно вспомнив о нашем разговоре, он всё же сел.

Глаза почти чёрные от расширенных зрачков.