Поместье с привидениями

Ну да, у него никакого пиетета перед хозяйкой дома и ее фобиями не было.

Минут через десять братья вернулись.

– В доме никого нет. Только мы, а также Клава и Ксения на кухне. Они оттуда не выходили и никого не видели. Из дома никто не выходил. И скрипка нигде не лежит. По крайней мере, на видном месте. Мы даже на чердак поднялись.

– И что, у нас массовая галлюцинация? – довольно жестко спросила тетя Инесса, видимо, уже оправившаяся от неожиданности. – Мы же все это слышали.

– Может, кто-то из строительной бригады на улице музыку на телефоне включил, – вздохнул Павел.

– Кто-то из строительной бригады? Моцарта? Павлик, ты меня умиляешь, – засмеялась его жена.

– А я знаю. Это привидение, – торжественно заявила Елка. – А вы мне не верили, что оно существует.

– А, то есть это твои проделки? – Марианна с возмущением посмотрела на дочь. – Ты как-то устроила этот трюк, чтобы задурить нам голову?

– Ничего я не устраивала, – племянница надула губы, и Наталья снова подумала, как же она похожа на нее саму в молодости.

– Звук доносился не с улицы, а изнутри дома, – сказала тетя Инесса и вздохнула.

– Чудеса акустики. Дом старый, а ремонт новый. Все может быть, – ответил Павел. – Тетя, это проблема?

– Скорее всего, нет, – вздохнула та. – Наверное, вы правы, и случившееся имеет очень простое объяснение, которое мы узнаем, просто чуть позже. Пока же давайте продолжим ужинать, а потом я схожу за той скрипкой, которую обещала нашей юной гостье, – она ласково улыбнулась Таисии.

У Натальи мелькнула мысль, что будет, если выяснится, что эта неведомая ей скрипка украдена, но тут же ушла, потому что у Глафиры зазвонил лежащий на столе телефон. Она судорожно схватила его, встала, приложила к уху и, извинившись перед всеми, выбежала из комнаты. Но Наталья успела заметить высветившееся на экране имя. Валерий.

ГлебГлеб чувствовал себя внутри какой-то большой мистификации, в которой ему отводилась некая роль, сути и назначения которой он не понимал, и это ему не нравилось.

Конечно, о деловых переговорах он попросил сам, этого не отнять.