Поместье с привидениями

Что же вы, во время уборки ни разу его не видели?

– Во флигеле не я прибираюсь, а вторая горничная, Марина, – тоненьким голоском сказала Ксения. – Конечно, я иногда ее подменяю, но Инесса Леонардовна никогда не разрешала в шкафы заглядывать. Я только пыль вытираю, пылесос включаю и полы мою. Еще постель перестилаю. Вот и все.

Так. Получается, что о существовании скрипки знали только он, Глеб Ермолаев, Тайка и писательница Северцева. И о чем это говорит? Кто под шумок забрался в комнату, когда Тайки там не было, и спер инструмент стоимостью в три с половиной миллиона долларов? Эта бледная немочь писательница?

– Когда вы вышли из своей комнаты сегодня утром? – спросил он у той довольно резко.

Северцева вздрогнула, словно в его вопросе крылось что-то неприятное.

– Клава разбудила меня в половине седьмого, сказала, что Инесса Леонардовна умерла, и попросила прийти сюда, – ответила она.

– И в комнату Таи вы по дороге не заходили?

– Нет, зачем? Да мой путь и не пролегал, как вы изволили выразиться, «по дороге».

Да, она была совершенно права, но это ничего не значило.

– Павел, вы не ответили на мой вопрос, – Глеб вернулся к Резанову-старшему, с которого начал. – Вы тоже не знали о скрипке?

– Нет, а почему я должен был о ней знать?

– Потому что вы, как я понимаю, основной наследник вашей тетки.

– И потому что вы были в курсе о существовании рукописи Цветаевой, – встряла вдруг в разговор Глафира.

– Что? – все-таки ей удалось удивить Глеба. – А вы откуда подобной информацией владеете?

– Мне Павел рассказал, – сообщила она. – Мимоходом упомянул, что муж Инессы Леонардовны подарил ей на сорокалетие рукопись стихотворения поэтессы с ее автографом. Я заинтересовалась и даже хотела попросить, чтобы она мне показала этот раритет, но не успела.

Голос Глафиры дрогнул.

– Павел?!

– Я действительно знал, что дядя Леша сделал тете Инессе такой подарок, – Резанов пожал плечами. – В рукопись входят четыре стихотворения из цикла «Дон Жуан». Датирована она 1939 годом и снабжена дарственной надписью «Москва, 1916 г. – Москва, 1939 г. Дорогому Дмитрию Николаевичу Журавлеву – с благодарностью МЦ». Это дар артисту Журавлеву, который приезжал в гости к поэтессе, когда она жила в Болшево.