Свободные отношения

Да, только так! В постели, с приглушенным светом, медленно и неторопливо, с нежными поцелуями, поглаживания. Размеренно и аккуратно. Можно еще перед сном, в темноте под одеялом, бочком потолкаться. И все!

А я хочу не только любовью заниматься, я трахаться хочу. С криками, стонами, дико, глубоко, на всю длину. Размашисто, так чтоб ничего вокруг не оставалось, кроме похоти и желания обладать.

С Варей так нельзя. Варя девочка нежная. Варю бабушка воспитывала, которая вбила ей в голову мысли о том, как должна себя вести правильная девочка.

Я пытался ее растормошить, честно. Пытался переключить ее с розовой романтики, на взрослую страсть. Ну и что бы вы думали? Шлепок по заднице ввел ее в ступор, так что высохла моментально и долго спрашивала, а что не так? Все так Варь, все зае*ись.

Когда решил разнообразить нашу жизнь оральными ласками, вообще цирк начался.

Когда я ей приятное делал, она лежала как бревно, вцепившись руками в простыни, зажмурившись и не подавала признаков жизни. Хотя вру, под конец все-таки пискнула, пару раз дернулась и замерла. Хотя я знаю, как женщину довести языком и руками до такой стадии, когда она уже ничего не воспринимает, и только в экстазе мое имя выкрикивает. С Варькой старался, как никогда, но эта ее гребаная стеснительность все ломала.

А уж когда до минета дошли, там вообще пи**ец какой-то. Сначала смотрела на него, как коза на балалайку, пару раз лизнула, рукой туда-сюда подергала, потом всосала как пылесос на полную мощность, видать решив, что чем сильнее тем лучше. Чудь душу через хер не вытянула. Пару раз хорошенько прошлась зубами по чувствительной головке, так что захотелось ее отодвинуть в сторону, пока окончательно не покалечила.

Процесс мы все-таки довели до конца. Только когда я спустил ей в рот, она глаза выпучила, давиться начала и убежала в туалет. Блевала.

Вообще ни разу не сексуальное шоу.

После этого на такие подвиги я больше не решался.

Я пытался с ней разговаривать, пытался обсудить что и как ей нравится, но она лишь краснела, смущенно хихикала и со словами «ой, Ромка, хватит гадости говорить» убегала, оставляя меня в глухом раздражении. Какие гадости? Это жизнь.