Свободные отношения

Поздравляю, Роман Евгеньевич, приз «дол*оеб года» по праву принадлежит тебе.

Мартынов не дает спокойно вздохнуть. Новая метла по-новому метет. Он вытаскивает все косяки, все просчеты, всю безалаберность, заставляя топ-менеджеров обливаться холодным потом, как только по селекторному раздается стальное «поднимитесь ко мне». Ни дня спокойного, сплошные разборы полетов, после которых очередной чудо-работник идет с вещами на выход. Даже меня потряхивает не слабо, хотя уверен в себе и в своей работе.

Вот и сегодня, очередное заседание, в малом зале.

Собраны только руководители отделов, естественно я в их числе, и деваться мне некуда, хотя больше всего на свете хочется послать все эти сборища в задницу.

Мы все ожидаем очередной головомойки, чистки рядов, но в этот раз все иначе.

Большой босс, а по совместительству законный е*арь моей Варьки, видать, удовлетворился результатами чистки и представил проект дальнейшего развития. Несмотря на то, что этого ублюдка ненавидел всей душой, я не мог не признать, что руководитель он грамотный, и все его предложения направлены на процветание компании, на достижение результатов.

Правильно он все сделал, сначала жестко вытравил тараканов, поставил всех на место, а потом начал лепить новую команду. Если бы это был не он, а кто-то другой, я бы аплодировал ему стоя и был обеими руками за все нововведения. Но это муж Вари. Поэтому все собрание просто сижу, молчу, задумчиво вожу ручкой по листу бумаги, опасаясь поднимать на него взгляд. Я не хочу, чтобы он понял, каково мне.

Один раз только взглядом с ним напрямую пересекаемся. Цепляемся на долю секунды, и я понимаю, что Варька не врет. Этот хрен обо всем знает. Он в курсе, что его жена со мной трахалась.

Не знаю, как у него, а у меня внутри так себе ощущения. Я ревную. Бешусь и у меня в голове вся эта херня просто не укладывается.

Это ведь ненормально, когда вот так…я даже не могу дать определение как.

Они точно ненормальные.

Оба.

Я не знаю, что за методы он использовал, чтобы вытащить на свет стерву, прятавшуюся в Варе. Как он умудрился из скромной Лисовой, сделать жесткую Мартынову? Наверное, я даже не хочу это знать.

Когда собрание заканчивается, и коллеги, воодушевленные новыми идеями, направляются к выходу, я слышу сухое:

— Неманов, задержись.

Бл*дь.

Хочется уйти, но остаюсь, гадая чего ему от меня понадобилось. Стою, рядом с его столом, кисло ожидая продолжения.