Чайлдфри

Но Алла слишком явно хотела роскошной жизни, она не скрывала этого, ей очень нравилось, что мы ходим в дорогие рестораны, нравилась моя квартира, тогда дома еще не было. В съемной двушке она со мной точно бы не стала жить, и когда я это понял, постарался свести отношения на нет. Мы не так часто встречались, я мотался с Костяном по миру, за два месяца можно на пальцах пересчитать, сколько раз мы виделись. Она знала, что я не собираюсь заводить семью и жениться, но именно на этом настаивала, когда сказала, что забеременела.

— Брачный? — Катя все силы приложила, чтобы это не прозвучало ревниво.

— Нет. Такой, как Костя предлагает своим женщинам. Он никогда не против детей, но на его условиях. Он полностью обеспечивает мать своего ребенка, между ними никаких близких отношений нет, с ребенком он общается на своей территории. Но если она захочет выйти замуж, тогда деньги идут только на ребенка. И Алле я предложил такой же.

— Она отказалась? — Катя сама себя не услышала.

— Да, Катя, отказалась. Алла сказала, что если я не женюсь, то она сделает аборт. И тогда я предложил ей услуги клиники, которую держит один мой знакомый. Вот и все. Если честно, я был уверен, что она передумает и согласится на договор, но она не перезванивала. Я напился с Костей, а потом сам набрал Аллу и вот тут, похоже, допустил ошибку. Я много раз прокручивал наш с ней разговор, она поначалу не упоминала об аборте. И только когда я предложил отдать ребенка мне, если он ей не нужен, Алла сказала, что ребенка больше нет.

Катя сидела как оглушенная. Как бы ни хотелось назвать Клима лжецом, приходилось признать его правоту. Катя постоянно слышала от сестры, какой обеспеченный у нее жених, и что скоро они поженятся. Да, она считала Александра женихом… А Клим заговорил совсем тихо.

— Она была абсолютно права, твоя сестра, когда сказала, что я буду гордиться своими сыновьями, и если бы она осталась жива, я не стал бы ждать, пока вырастут дети, я сейчас бы ее за них поблагодарил.

— Цветы на кладбище были от тебя?

Клим кивнул, и снова установилась длинная пауза. А потом он навис над ней, упираясь в камень по бокам, Катя оказалась в западне, и теперь прямо перед ней пламенели глаза мужа.