Пленница чёрного дракона

- Вроде бы стало лучше, - выношу вердикт, глядя на спящего лорда, и вешаю испачканное полотенце на высокое изголовье кровати.

Возможно, сейчас самый подходящий момент для того, чтобы уйти. Найти Патрицию и… Нет, она дежурит у папы.

Или сообщить о случившемся Райли?

Но я не знаю, где находится его спальня. А стучаться во все двери подряд, когда на дворе ночь - поистине дурацкий план.

- Простите меня, лорд Шерр, но мне придётся остаться, - вздыхаю я, хотя эта затея больше не кажется мне опасной.

Ну что он мне сделает? Лишит чести?

Так это в любом случае неизбежно.

Достаю из-под покрывала несколько подушек. Чутка помедлив, решаю подложить одну из них под голову дракона и понимаю, что мне для этого понадобится придержать его или перекатить набок, а затем вернуть обратно."

"Протягиваю ладонь к его влажным волосам и нерешительно её одёргиваю. Что, если он проснётся, неправильно меня поймёт и…

“Ты сама только что рассуждала на тему того, что он сорвёт твой лелеемый цветочек.

Мысленно считаю до трёх, нагибаюсь над Кэйраном, обхватываю его голову за затылок, пропуская пряди сквозь пальцы. Сердце замирает, а из лёгких вышибает воздух.

Чувствую слабое дыхание на своей коже и ловлю себя на мысли, что не хочу его отпускать.

“Бред какой-то! - злюсь на свою нерешительность, а второй рукой подсовываю подушку под голову и спешно отпускаю. - Надо же! Не проснулся. Значит, с ним и правда всё в порядке, а то что было - ну кто знает, может, опять приснился кошмар.

Или Ромина.

При мысли о той, кого лорд не смог спасти, в груди неприятно тянет. Хочется поспешно забыть про неё, но вместо этого я начинаю думать о том, каким Кэйран был рядом со своей любимой?

Часто ли он смеялся? Был ли с ней нежен, заботлив или же, наоборот, сгорал от страсти? Как часто обнимал её, целовал и…

Мотаю головой и легонько хлопаю себя по щекам. Мечтай не мечтай, у нас всё будет совсем иначе.

Устало опускаюсь на подушку, поворачиваюсь набок и, не отрываясь, смотрю на Кэйрана. Будто бы пытаюсь запечатлеть в памяти каждую чёрточку его лица.

“Дура наивная! - снова ругаю себя только для того, чтобы отвлечься. - Он тебя шпынял, командовал тобой, как дрессированной собачкой.