Пламя Этерны

Посторонний же вряд ли бы по собственной воле оказался у входа в лабиринт, да еще в ночь после казни. Нет, опасаться некого, по крайней мере из числа смертных.

Мастер взглянул на небо: полночь давно миновала, но до рассвета далеко – самый сонный час. Самое подходящее время для свидания, но здесь ли Ринальди? Дождался или решил, что новоявленный любимец анакса забыл о своем обещании или струсил?

– Эпиарх… Мой эпиарх, ты здесь?

– Ты пришел?

Бледное, рассеченное тенями лицо, блестящие в лунном свете глаза. Как же он все-таки похож на пойманного леопарда!

– Как я мог не прийти?

– Так же, как все остальные.

– В голосе эпиарха сквозила горькая ирония. – Я искал себе приятелей среди воинов и эориев, у меня было три брата, десятки любовниц и сотни друзей до гроба, а на поверку не оказалось никого. Хотя Анэсти мне бы поверил… Но Анэсти мертв, а Эридани ошалел от собственной справедливости.

Глаза Ринальди сверкнули странным зеленовато-лиловым огнем, который художник ни разу не замечал у людей.

Только у кошек. И еще подобный отсвет порой появлялся на шеях сизых голубей, когда они разгуливали по освещенному солнцем двору. Видимо, дело было в лунных лучах, смешавшихся в проклятом сиянии, окружавшем решетку. Художник торопливо раскрыл свой ящичек.

– Вот воровской кинжал. В его ручку вставлена отмычка. Мой эпиарх сможет открыть замки?

– Попробую.

– Я подожду.

Ринальди возился долго, очень долго. Диамни успел проклясть все на свете и перемолиться всем богам и святителям.

– Готово.

– Ринальди делано засмеялся. – Никогда не думал, что быть вором так трудно…

– Для таких, как эпиарх.

– Мастер Коро! У меня нет никого, кроме тебя и твоего учителя. Зови меня братом. Если, конечно, тебе не претит брататься с насильником.

– Я – счастливый человек, – задумчиво произнес художник, – я не знаю своих родителей, но Абвении сначала послали мне великого отца, затем благороднейшего из братьев. А мастер Лэнтиро… Он сказал, что у тебя золотое сердце и стальная воля. Ты вернешься, вы с ним еще встретитесь.

– Передай мою благодарность великому Сольеге. Если сумеешь найти слова…

– Мастер все поймет. Но учти: тебе придется позировать – долго и много. Мы тебя просто так не отпустим.

– Вот они, художники! – Ринальди с готовностью подхватил незамысловатую шутку. – Чтобы заполучить натурщика, они пойдут против воли анакса и всех Абвениев…

– Искусство превыше всего. Держи! Сначала меч. Осторожно!

– Я осторожен, как кот на кухне.