Пиявка голубых кровей

Все.

– Подпись есть? – спросила я.

– Нет, – уточнила Манюня.

У меня запищал телефон, я взяла трубку.

– Получила? – закричало сопрано.

– Кто это? – осведомилась я и включила громкую связь.

– Не узнала? Это я!

Мне пришлось повторить:

– Кто?

– Я!

– Надя? – крикнула Маруся.

– Да! Привет. Твоя мама гений! Она утром зашла ко мне в бутик. Продала вещички. Ушла. И народ попер! И попер! И попер, – твердила Надюша, – полмагазина скупили! Заказываю новый товар! В благодарность отправила твоей мамусе нечто офигительное.

Трубка замолчала.

– Можно смело распаковывать, – потер руки Гарик.

– Надо принести инструмент, – сказал Феликс."

"Я поняла, что мужики сейчас начнут вскрывать деревянный ящик.

Улучив подходящий момент, я осуществила задуманное, вошла в ванную, залезла в душ, налила на губку свой любимый гель, который покупаю в Париже в аптеке на улице Сен-Сюльпис, и услышала тихие шаги.

Я быстро завернула кран.

– Кто там? – спросила я.

В ответ раздалось сопение, покряхтывание…

Я сняла с крючка полотенце и завернулась в него.

– Кто здесь?

Стон.

Пришлось вылезти из ванны и выйти в комнату. Я увидела Мафи, которая стояла посреди спальни с самым разнесчастным видом. Я села и обняла собаку.

– Душа моя! Игорь у нас жить не будет. Он просто переночует и уедет. Очень тебя люблю и никому не отдам, ты навсегда с нами.

Мафуша легла на пол и заскулила.

– Конфеты собакам категорически запрещены. Но ты очень расстроена. Где-то тут был пакетик с мармеладками. Так и быть, дам тебе одну. Вот, держи.

Угощение исчезло в пасти собаки, Мафи улыбнулась.

– Сразу стало лучше? – обрадовалась я, хотела закрыть ридикюль и удивилась: – А это что? Конверт? Откуда он? Надо же, только сейчас его заметила. Ну-ка, заглянем внутрь.

Я вскрыла клапан и вытащила лист бумаги.