Пари на дракона. Истинные сердца (СИ)

Я не заметил, как они мне в чай пыльцу сетевиков добавили. — Песец обескуражено проводит ладонью по лицу. — Видимо, сестрица решила вывести меня из игры. Я же больше не благонадёжный.

Гор кривится, и в этой гримасе читаются и обида, и разочарование. Аксамит до последнего верил, что княжна одумается.

—  Ну и просчиталась эта лиса, — фыркает Клеона, поддерживающе хлопнув песца по плечу. — Пелагея совершила крупную ошибку, да, Гор? Лишилась самого лучшего в мире артефактора и прекрасного союзника!

Песец польщённо краснеет.

—  Ладно, это всё лирика, — будто очнувшись, прокашливается Бетье и отводит смущённый взгляд от песца. — Мы, вообще-то, по делу пришли. — Она делает жадный глоток лимонада. — М-м-м, какой потрясающий вкус. Умеет же твоя бабуленька делать отвары.

Второй раз за этот час напиток идёт у меня носом. Быстро смываю брызги салфеткой, принесённой драконицей, и в удивлении смотрю на Клео:

—  В смысле? При чём тут лимонад и моя бабушка?

—  Так это она нам сказала к вам заглянуть.

—  Всё так."

"Я с трудом удерживаюсь от закатывания глаз. Теперь всё встаёт на место: и странный вкус напитка, и подозрительный эффект расслабления и ухода тревоги. Бабушка сказала, что нам нужно подготовиться к завтрашнему дню, и для стопроцентного результата добавила каких-то своих трав в наш лимонад.

Всё-таки надо выяснить хотя бы у родителей, кем была эта плутовка в молодости. Сдаётся мне, лекарь — это просто прикрытие для настоящего рода её деятельности.

—  А что за вещи? — заметив моё подвисание, спрашивает Мирра.

—  Это Гор придумал. — Клео кивает на Гора, который тут же усаживается ровнее и чуть ли не светится от довольства.

—  Помните учебник по демоническому происхождению, который я попросил родных прислать мне? Он сейчас в почтовом отделении в соседнем городке.

—  Хорошо, но вещи-то при чём? — хмурюсь я, не совсем понимая, к чему клонит песец.

Разглядываю стопку, сдвинутую на самый край кушетки, и понимаю, что это форма академии «Ворви-Уш».

—  Ты его и заберёшь, — хитро улыбается Аксамит.

—  Так не выпускают меня за границу защитного периметра, — расстроенно выдыхаю я.