Падшая в академии. Крылья для беглянки

– Мой, как ты его назвала, водитель уже уехал, – Никос последовал за мной, я же резко остановилась, зло сжимая руки в кулаки.

– Значит, пойду на своих двоих… – и тут же замолчала, оглядывая своё платье.

Даже в знакомом Кириусе ночная прогулка в таком виде в незнакомом месте могла закончиться плачевно, что уж говорить про Альвиан, в котором бескрылых девушек сразу записывают в шлюхи?

– Я отнесу тебя обратно в академию, но сначала мы сделаем то, ради чего и пришли в мой дом, – заговорил он уверенно, а я приготовилась бежать.

– То есть либо я, рискуя жизнью, иду в академию одна, либо разрешаю себя нарисовать? – развернувшись к мужчине, постаралась взглядом передать всё, что о нём думаю.

– Именно так, Кассия. Идём, – приблизившись, он взял меня за руку. – Вижу, я напугал тебя. Этого и добивался, чтобы ты поняла, чем чреваты такие игры. Но твои страхи не оправданны, тебе нечего опасаться, я тебя не трону.

– Вообще-вообще? – я склонила голову к одному плечу, потом к другому, рассматривая его под разными ракурсами.

– Я рассчитываю на победу, Кассия, – ответил он самоуверенно, но вопреки словам довольно мягко потянул меня за собой.

Захотелось взбрыкнуть, я могла связаться с Димитрой, но пришлось поумерить свой характер. Такими темпами успею надоесть не тем легатам, которым хотела. Злоупотреблять расположением тоже не стоит.

Мы вернулись в мастерскую, Никос посадил меня на злосчастную софу и вновь пристегнул к моей руке подаренный браслет.

– Когда я начну, старайся не двигаться, – наказал, а сам принялся обустраивать своё рабочее место.

Перенёс магией кресло и столик, подхватил большой альбом, набор грифелей и удобно разместился. После чего присмотрелся ко мне и попросил повернуть голову. Решил рисовать в полуанфас.

– Ты всё равно странный, – сообщила ему я.

– А ты капризная и своенравная.

– Вот именно, ужасная невеста, – закивала я.

– Не шевелись, – напомнил он, глянув на меня строго.

– Я просто ужасная актриса, как ты и сказал, – пробурчала, ощущая, как щёки вновь трогает румянец.