Падшая в академии. Крылья для беглянки

А ещё она владела портальным даром, который проявился и у меня в виде кучи проблем.

Когда-то я ими восхищалась, а теперь иррационально злилась, будто они меня бросили. Отказались. Кинули в водоворот интриг чужой страны.

– Император, императрица, – я отсалютовала им по правилам и склонила голову.

– Добрый день, Кассия. Как ты? – спросила Джослин с участием.

– Можно сразу переходить к делу и обойтись без расшаркиваний. Будут какие-то требования? Я должна шпионить для Кириуса?

– Нет, – Итан даже усмехнулся, похоже, я выдала глупость.

– Что? – прыснула я. – Зачем вам это? Вы же от меня сразу отказались. Ах да, я же могу пробудить портальный дар.

– Понимаю, как ты себя чувствуешь, – грустно улыбнулась Джослин. – Когда я скрывалась, до дрожи боялась, что мою тайну узнают. Но твоя ситуация проще, я рисковала попасть под влияние совета.

Сердце задрожало от её слов, она попала в точку в своих выводах.

– Какая разница? Я всё равно больше не распоряжаюсь своей жизнью.

– Прекрати дерзить, – одёрнул меня император командным голосом. Я невольно выпрямила спину. – Ты свободна, находишься на родине. Твой дар вносит ограничения, тебе могут пожелать навредить или похитить, но король Тирос взял на себя твою защиту с некоторыми условиями со своей стороны. Если бы хотел, просто бы запер, но ты продолжаешь обучение, а за твою руку борются сильнейшие маги страны.

– Вопреки моим желаниям, – ответила я сухо.

– Твои способности уникальны, Кассия, поэтому ты бы никогда не обрела настоящую свободу, – Джослин пронзительно посмотрела в мои глаза. – Тебе бы пришлось всю жизнь скрываться, бояться выдать себя, опасаться потери контроля над даром. Я через всё это прошла. Как и через угрозу навязанного брака. Мы понимаем, что тебе страшно.

– Я зла. Очень зла. У меня и так почти никого и ничего нет, а теперь не будет и этого малого, – пожаловалась, плюнув на попытки сохранить лицо.

– Появится новое, – примирительно ответил Вилдбэрн.

– Ты на родине, Кассия. Можешь обрести семью, узнать больше о том, что случилось в твоём прошлом, жить с сородичами, – подхватила Джослин.

– Мы понимаем твоё состояние, поэтому не злимся на твои слова. Будь благоразумна, не урони честь академии и нашей страны, – на этот раз император даже чуть улыбнулся.