Падшая в академии. Крылья для беглянки

Раньше мы с Айлин могли поворчать друг на друга, но до подобных ссор никогда не доходило.

– Раз не так, поговори с Октавией и надень её серьги. Ты должна разобраться. Чтобы не лечь под мерзавца, – яростно выговорила она, приблизившись ко мне.

Глаза Айлин горели силой её магии. Она толкнула меня в плечо и вылетела за дверь. Я осталась в одиночестве глотать слёзы. И вновь была готова разрыдаться, даже не знаю, как сдержалась. Обмахивая увлажнившиеся глаза руками, я пробежала к сумке, достала злосчастные серьги и вдела их в уши, после чего устремилась вслед за подругой.

Думала, она ушла на пробежку без меня, но она ожидала меня на улице. Увидев серьги, Айлин мельком улыбнулась.

– Мне просто страшно за тебя, Кассия, – призналась она, тоже обмахивая влажные глаза. – Вдруг он тебя обманывает, вдруг будет использовать, изменять, как Октавии.

– Он не изменял.

– Это он так говорит, – вновь сердито возразила она.

– И от Октавии мы слышим только слова.

– Зачем ей врать? Она же даже не знала, что Дорос добивается тебя, когда мы начали общаться, – она сердито выдохнула.

 – От мужчин одни беды.

– Дорос не желает мне зла.

– Вспомни, по чьей вине ты здесь и кто отхлестал тебя плетью.

– Он выполнял свою работу и бил слабо, – я до боли прикусила щеку изнутри, поняв, что снова оправдываюсь.

– Мы должны выслушать Октавию, все детали, чтобы понять, где правда, – махнув рукой, Айлин зашагала по выложенной камнем дорожке в сторону полигона. – Хотя и так понятно, кому ты веришь и кто для тебя важен.

Я понуро последовала за ней.

А на полигоне меня ожидали полчаса позора, ведь бессонная ночь не способствует отличному выполнению упражнений. Обычная дистанция потребовала от меня остатков сил. На завтрак я приползла еле живой. Айлин предпочла сесть с адептами из Кириуса. Ладно хоть не пришлось завтракать в одиночестве, ко мне подсела Делия. Но и тут ждала засада. Девушка принялась расспрашивать меня о Никосе. Она была восхищена им, и мой намёк на то, что в жизни он не столь благороден, вылился в новую отповедь и ссору.

К вечеру я была раздражена, зла и расстроена до такой степени, что порыкивала на всех, кто возникал рядом. Видимо, Айлин понимала, что вскоре наступит вспышка ярости, потому не попадалась мне на глаза. Зато о моём состоянии не знал Дорос. Он связался со мной вечером, как только я вернулась в комнату после занятий.

– Привет, Касси, – доброжелательно улыбнулся он.

– Привет, – буркнула я.

– Как ты?

– Не очень, – честно ответила я.

– Плохо выглядишь.