Ответный темперамент

Сегодня Нинка прибежала из университета рано, куриный бульон не успел еще свариться. И теперь она сидела в кухне, не снимая сапог, и ждала, когда бабушка выключит газ под кастрюлькой. На ее лице было написано нетерпение, и от нетерпения же она постукивала каблуком по полу.

– Не ерзай, – сказала Татьяна Дмитриевна. – И не топай. От этого бульон скорее не сварится. И вообще, тебе полезно подождать, – добавила она. – Терпение воспитается.

– Подумаешь! – фыркнула Нинка. Но вдруг ее лицо приобрело то выражение серьезности и печали, которое никогда прежде не было ей свойственно.

– Оно всем нужно, – усмехнулась Татьяна Дмитриевна. – Не именно тебе, а всем. Ты просто не исключение из общего правила.

– Ну пусть всем, неважно. – Печаль морщила Нинкин лоб, стояла в ее глазах, наполняя их доверху, как маленькие темные водоемы. – Главное – зачем?

– Затем, что без терпения ты никогда ничего не добьешься. Думаешь, жизнь все тебе будет преподносить в виде подарков, притом мгновенных?

– Я думаю, жизнь ничего не будет мне преподносить.

– Почему это?

Нинкина рассудительность выглядела так наивно, что Татьяне Дмитриевне стоило усилий не рассмеяться.

– Потому что просто так – ну, по любви – на мне никакой дурак не женится. Талантами тоже никого не привлеку по причине их отсутствия. Внешность – сама видишь… Короче, бесперспективняк.

– Как-как? – заинтересовалась Татьяна Дмитриевна. – Бесперспективняк? Прелестно! Надо будет Анеле сказать, пусть введет в учебную программу."

"Подруга Анеля преподавала сценическую речь в Щукинском училище, и новое словечко могло оказаться ей полезным для тренировки дикции у студентов.

– Пусть введет, – вздохнула Нинка. – Много кому пригодится.

– А ты не вздыхай над своей горькой судьбою, – невозмутимо посоветовала Татьяна Дмитриевна. – Ничего страшного я в ней не нахожу.

– Страшного, может, и ничего. Живут же как-то люди… и так. Но тоска же, ба!

– И тоски никакой нет, – отрезала Татьяна Дмитриевна. – Если ты думаешь, что мужчине нужна от женщины смазливая мордашка, то глубоко заблуждаешься.