Осень и Ветер

Вот и пру напролом там, где нужно притормозить.

Противен сам себе, потому что какими бы ни были мои чувства к этой женщине, я не хочу видеть в ее глазах страх. Тем более, когда она держит на руках моего ребенка.

— Давай прогуляемся, — говорю сдержано, хоть внутри все клокочет. — Я с водителем.

— Хочешь куда-то нас увезти? — Ее пальцы с короткими ноготками впиваются в Хабиби так сильно, что я понимаю — забрать ребенка я смогу только из ее мертвых рук.

«Ты не знаешь, через что я прошел! — орал мне в лицо тот придурок.

Тогда я в самом деле не знал. А вчера, узнав, чуть не развалился на куски. Ночь не спал, скурил пачку сигарет. Даром, что не напился. О чем я только не думал: от желания вломиться к Яну и просто забрать дочь, до долбанного шантажа. Даже хотел предложить Еве денег. А потом увидел себя со стороны и понял, что деградирую, превращаюсь в ее бывшего, и что однажды могу вот так же ударить уже по моему ребенку.

— Просто покатаемся немного, Ева, — говорю еще на полтона спокойнее.

— Я не хочу, — противиться она.

— Прости, детка, я не спрашиваю.

Нарочно выбираю это слово, помня, как она таяла от него. Пристально всматриваюсь в лицо, ищу там … я и сам не знаю, что. Брожу по карте ее морщинок, в надежде отыскать подсказку — и не нахожу ни одной.

— Я замужем, Ветер. Не стоит искушать судьбу. Будет не правильно, если нас увидят вместе и слухи…

Вздыхаю, достаю телефон, нахожу фотографии, которые вчера нашел мой начальник службы безопасности и кладу телефон перед Евой.

— Кто это? — не понимает Ева.

— Виктория Новикова. Успешный адвокат по бракоразводным процессам. Проиграла всего несколько дел, настоящая акула.

— И?

— Ты мне скажи, что это за «и». И зачем твоему счастливому мужу в счастливом браке трижды с ней встречаться.

Ева осторожно, словно мину, кладет телефон на стол и протягивает руку к дочери. Не забирает, но я вижу, как дрожат ее пальцы, когда она гладить щеку Хабиби. Мы просто молчим.